Дым отечества

09.09.2018

Валентин Антипенко
Беларусь

Валентин Антипенко

Управленец и краевед

Зеркало русской революции

К 190-летию Л.Н.Толстого

Зеркало русской революции
  • Участники дискуссии:

    15
    60
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

«Какая глыба, а?
Какой матерый человечище! ...
Кого в Европе можно поставить рядом с ним?
— Некого».
В.И.Ленин о Л.Н.Толстом


Когда в быт каждой семьи пришёл интернет и молодёжь стала повально пользоваться социальными сетями, я решил часть своей неплохой библиотеки передать в один из чернобыльских детских реабилитационно-оздоровительных центров, полагая, что школьникам из полесской глубинки книги ещё пригодятся.

Задача отбора упрощалась тем, что отдельные произведения классиков перекрывались подписными и серийными изданиями.

Отпала также необходимость держать в доме книги в мягкой обложке и случайно оказавшиеся в доме романы современных авторов.

Когда дело дошло до полного собрания сочинений Льва Николаевича Толстого и его томов из «Библиотеки классики», я всё же после некоторых колебаний оставил их у себя, полагая, что когда-нибудь потомки вернутся к книге на бумажных носителях, и здесь Толстой будет незаменим.

Знал, что это наивно, но всё же...

Листая страницы переписки Толстого, вспомнил обстоятельства первого знакомства с его творчеством.

Как ни странно, но мой отец-литератор Толстым не увлекался, а вот мать читала-перечитывала Толстого, знала наизусть многочисленные цитаты из его произведений, а некоторые из них в назидательных целях приводила нам, детям, и пришедшим за советом подругам.

Ну как было не восторгаться находчивостью русского мужика Лаврушки в его беседе с Наполеоном перед Бородинской битвой или не сочувствовать смертельно раненому на поле брани князю Болконскому, картинной позой которого восхищался Наполеон?

Можно ли пропустить объяснение Пьера Безухова в любви Наташе Ростовой или сделанное ему едкое замечание: «Связи вашей жены — тайна только для вас»?

Жизненных эпизодов у Толстого так много, что пухлые тома не пугают, а завораживают.

К великому писателю замечен и меркантильный интерес.

В студенческие годы мой приятель-дембель таскал в вещевой сумке письма Толстого к Софье Бернс.

Увидев на моём лице удивление, он пояснил:

— Зачем на службе в армии что-то выдумывать в переписке с девицами? Взял лист бумаги — и, после слов «Распрекрасная Маша или Даша!», строчи абзацы чужих объяснений в любви. Работало безотказно. А от писем Мюссе Жорж Санд меня самого прошибало до слёз...





Когда пошло изучение марксистско-ленинского наследия, без Толстого тоже не обошлось.

Заведующий кафедрой марксизма-ленинизма Минского радиотехнического института профессор Т.Е.Солодков любил натаскивать «любимчиков» оригинальным способом.

Он задавал вопросы и не требовал ответа сразу, а давал время подумать и ответить по готовности.

— В чём кроется смысл того, что Ленин назвал Толстого «зеркалом русской революции»? — спросил как-то профессор. — Ведь граф не имел ничего общего с социалистами — революционерами, категорически отрицал силовые методы решения политических и государственных проблем, искал божественное начало и ратовал за освобождение человека от губительных пристрастий.

Отсрочка побуждала к поиску ответа в дополнительной литературе.

В статье «Лев Толстой как зеркало русской революции» Ленин точно подметил противоречия Толстого:
 


«С одной стороны, — гениальный художник, давший не только несравненные картины русской жизни, но и первоклассные произведения мировой литературы. С другой стороны, — помещик, юродствующий во Христе.

С одной стороны, — замечательно сильный, непосредственный и искренний протест против общественной лжи и фальши, с другой стороны, — «толстовец»…

С одной стороны, — беспощадная критика капиталистической эксплуатации, разоблачение правительственных насилий, комедии суда и государственного управления…, с другой стороны, — юродивая проповедь «непротивления злу» насилием.

С одной стороны, — самый трезвый реализм, срывание всех и всяческих масок, с другой стороны…, — стремление поставить на место попов по казенной должности попов по нравственному убеждению…»
 


Вроде бы всё ясно, но всё же чего-то мне не доставало.

Включилось понимание того, что зеркало само по себе искажает предмет, потому сравнение с ним — не похвала, а констатация, что отражаемая в нём действительность имеет несоответствия.

Следовало также понимать, что пролетарский вождь давал характеристику Толстому с позиций дела, которому сам служил, и это обстоятельство очертило определённые рамки его суждений.

Не было и ясности, почему буйный по характеру Толстой, деливший с народом все тяготы крестьянской жизни, не оказался в рядах революционеров типа Александра Герцена, видевшего в крестьянстве главную революционную силу в борьбе с крепостничеством.

Размышления привели к фундаментальному вопросу, почему Толстой, презирающий философию, стал великим русским писателем-философом, и почему постоянно бежал от себя и окружающей его действительности?

Ответ пришлось искать в обстоятельствах его домашнего воспитания, а также в максималистских чертах характера человека, о котором Ленин сказал: «До этого графа подлинного мужика в литературе не было».

Когда я поделился своими терзаниями с профессором, тот улыбнулся и сказал:

— А вы у меня — перспективный студент, так как пытаетесь анализировать, а не верить на слово.

Эти его слова и дальнейшее покровительство стали в определённой степени прологом того, как сложилась моя жизнь в дальнейшем.


Однако вернёмся к теме сегодняшнего разговора, памятуя, что биографические сведения о великом писателе проливают свет на причинно-следственную связь его переменчивых жизненных состояний.

Лев Толстой родился 28 августа (9 сентября) 1828 года в имении Ясная Поляна Тульской губернии в родовитой, но обедневшей дворянской семье.
 


 

Дом, где родился Л. Н. Толстой (снимок 1898 года). В 1854-м дом был продан по распоряжению писателя и разрушен в 1913 году.
 




Отец его, Николай Ильич Толстой, «благодаря своему острому уму и твердым убеждениям» немалую часть своей жизни прослужил в армии Николая I.

В 1819 году он был уволен со службы по состоянию здоровья, и на его руках осталась старая мать, сестра с дочерью, кузина, а так же долговые обязательства.

Из-за нужды Николай Ильич вынужден был в 1822 году жениться на уже немолодой княжне Марии Волконской, обладавшей немалым состоянием. Примечательно, что её прабабушка и прабабушка Пушкина были родными сёстрами.

На удивление, брак оказался достаточно счастливым. В нем у Толстых родилось четверо сыновей и дочь.

Через два года после рождения Льва его мать при рождении дочери умерла, и двоюродный брат отца взял на себя уход за детьми.

Впереди мальчика ожидала целая череда семейных потерь — через 7 лет умирает отец, потом тётя — опекунша, после чего последовал переезд вместе с братьями и сестрой ко второй тётке в Казань.

Уроки детям давали французские и немецкие преподаватели в домашних условиях. Много внимания уделялось музыке.

Шуман, Бах, Шопен, Моцарт, Мендельсон — любимые композиторы, чьи произведения Толстой любил исполнять на фортепиано.
 
В шестнадцатилетнем возрасте юноша поступил на факультет восточных языков в Императорский Казанский университет, но терпеть не мог учиться, так как не привык к образованию по чужим правилам.

Вместо зубрежки он пристрастился к азартным играм, выпивал. Впервые познав плотские наслаждения в 14-летнем возрасте, ездил по девицам.

Как следствие — по результатам учебного года он не выдержал переходного экзамена, и чтобы избежать полного повторения курса, перешел на юридический факультет.

Проблемы в учебе и загулы в конечном счёте привели к тому, что в 1847 году он покинул университет и вернулся в имение родителей, где собирался заняться фермерством.

Однако и это его начинание закончилось неудачей — он слишком часто отсутствовал, уезжая в Москву и Петербург предаваться светским развлечениям вперемешку с картёжной игрой.




Лев Толстой в молодости.
 
 

Все свои, в том числе интимные, состояния и восторги он записывал в дневнике, который вёл всю жизнь.

В борьбе со страстями и дурными наклонностями Толстой в возрасте 18 лет сформулировал для себя «жизненный манифест» из нескольких десятков жизненных правил.
 


1. Каждое утро назначай себе все, что ты должен делать в продолжение целого дня, и исполняй все назначенное даже в том случае, ежели исполнение влекло за собою какой-нибудь вред.

2. Спи как можно меньше (сон… есть такое положение человека, в котором совершенно отсутствует воля)».

3. «Позволяй себе физический труд (охоту, гимнастику), с целью дать отдых уму, только тогда, когда ум действительно много работал. Усталость может быть только после труда; а трудом можно назвать только то, что выразилось внешне».
 


В списке правил были также: «никогда не выражай своих чувств наружно», «не имей прислуги», «отдаляйся от женщин».

Пытаясь следовать собственным установлениям, Толстой признавался самому себе в нарушении большей части этих правил и придумывал новые, более строгие.

Любопытно, что в дневнике он не только описывал события, но и давал самооценку своим действиям, оттого записи казались странноватыми. Вот наглядный пример:
 


«...Встал немного поздно и читал, но писать не успел.

Пришел Иванов, с ним слишком долго разговаривал (трусость).

Колошин (Сергей) пришел пить водку, его не спровадил (трусость).

У Озерова спорил о глупости (привычка спорить) и не говорил о том, что нужно (трусость).

На гимнастике не прошел по переплету (трусость), и не сделал одной штуки от того, что больно (нежничество).

У Горчакова солгал (ложь).

Дома не занимался английским языком (недостаток твердости).

У Волконских был неестественен и рассеян, и засиделся до часу (…слабость характера)».
 



В начале 50-х годов прибывший в армейский отпуск и озаботившийся образом жизни крупно проигравшегося в карты «младшенького» брата, «старшенький» — Николай Толстой, сагитировал Льва пойти на военную службу юнкером.

Период юнкерства не был отягощающим, потому ранняя привычка к ведению подробного дневника побудила Толстого к художественной обработке своих записей, и в 1852 году он отправил фрагмент из повести «Детство» в некрасовский «Современник» — самый популярный журнал того времени.

Первая художественная заявка Толстого произвела настолько сильное впечатление, что критики не постеснялись поставить его в один ряд с уже известными писателями.

В ноябре 1854 года Толстой попал в действующую армию и принял участие в Крымской войне, за что был удостоен ордена Святой Анны.

В самый разгар военных действий в Крыму ему каким-то невероятным образом удалось не только продолжить вторую книгу из трилогии воспоминаний — «Отрочество», но и написать часть «Севастопольских рассказов».

Ярко отразив поразительные противоречия Крымской войны, Толстой впервые в русской литературе применил новый приём — часть текста он представил в виде повествования от лица солдата, что придало описываемым событиям невероятное правдоподобие.

Особенно восторженно воспринял рождение нового литературного таланта известный русский писатель И.С.Тургенев.

Возрастная разница между ними в десять лет для того времени была очень значительной. Тем не менее этих совершенно разных по складу характера и творческой манере людей, судьба то объединяла, то доводила до угрозы дуэлью и разрыву на долгие годы. Однако они следили за творчеством друг друга и остались верны своему первому чувству, примирившись в старости.

В 1855 году Тургенев спрашивал в письме к С. Т. Аксакову:
 


«Читали ли вы статью Толстого «Севастополь» в «Современнике»? Я читал ее за столом, кричал «Ура!» и выпил бокал шампанского за его здоровье…»
 


Спустя год Толстой и Тургенев встретились.

Вот как описывает ситуацию известный поэт Афанасий Фет, приехавший в Петербург из-за границы и навестивший своего литературного друга Ивана Тургенева.
 


«В продолжение часа, проведенного мною у Тургенева, мы говорили вполголоса из боязни разбудить спящего за стеной графа…

— Вот все время так, — рассказывал с усмешкой Тургенев, — вернулся из Севастополя с батареи, остановился у меня и пустился во все тяжкие. Кутежи, цыгане и карты во всю ночь; а затем до двух часов спит как убитый. Старался удерживать его, но теперь махнул рукою…»
 

 
 


Русские писатели — Л. Н. Толстой, Д. В. Григорович (верхний ряд); И. А. Гончаров, И. С. Тургенев, А. В. Дружинин, А. Н. Островский (нижний ряд).
 


Десятилетняя разница в возрасте невольно заставляла Тургенева играть роль наставника, но самостоятельный граф наставничества над собою не терпел и доводил Тургенева чуть ли не до слез, издеваясь над его, как он выражался, «демократическими ляжками».

Разрыв случился после того, как приехавшие 26 мая 1861 года в одной коляске к Фету Тургенев с Толстым, утром поскандалили из-за пустяка.

Когда Тургенев стал нахваливать гувернантку дочери, которая требовала не только средства на благотворительность, но и чтобы последняя «забирала на руки худую одежду бедняков и, собственноручно вычинив оную, возвращала по принадлежности», Толстой не выдержал:

— И это вы считаете хорошим? — раздражённо спросил он.

— Конечно; это сближает благотворительницу с насущной нуждой.

— А я считаю, что разряженная девушка, держащая на коленях грязные и зловонные лохмотья, играет неискреннюю, театральную сцену.

— Я вас прошу этого не говорить! — вскрикнул Тургенев с раздувающимися ноздрями.

— Отчего же мне не говорить того, в чем я убежден, — отвечал Толстой.

Что произошло в последующие дни, Фет сам до конца не понял. Известно только, что после ссоры оба писателя начали обмениваться письмами, в которых речь зашла о дуэли.

Свара привела к разрыву личных отношений Тургенева с Толстым на долгие 17 лет.

«Издали я его очень люблю», — писал о Толстом Тургенев, но встреч с ним избегал: «Нам следует жить, как будто мы существуем на различных планетах или в различных столетиях…»

Узнав, что в 1862 году Толстой опять проигрался и взял тысячу рублей в задаток за кавказский роман, Тургенев отреагировал:

«Дай-то Бог, чтобы хоть этаким путем он возвратился к своему настоящему делу…»

Очень трогательны прощальные строки Тургенева:
 


«Милый и дорогой Лев Николаевич, долго вам не писал, ибо был и есмь, говоря прямо, на смертном одре.

Выздороветь я не могу, и думать об этом нечего. Пишу же я вам собственно, чтобы сказать вам, как я был рад быть вашим современником, и чтобы выразить вам мою последнюю искреннюю просьбу.

Друг мой, вернитесь к литературной деятельности! Ах, как я был бы счастлив, если б мог подумать, что просьба моя так на вас подействует!!

… Друг мой, великий писатель русской земли, — внемлите моей просьбе! — Дайте мне знать, если вы получите эту бумажку, и позвольте еще раз крепко, крепко обнять вас, вашу жену, всех ваших… Не могу больше… Устал!»
 


Через несколько дней Тургенева не стало.

 
Окончание здесь
    
     

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Валентин Антипенко
Беларусь

Валентин Антипенко

Управленец и краевед

Ласковый гигант с глазами умирающей газели

К 200-летию И.С.Тургенева

Вадим Гигин
Беларусь

Вадим Гигин

Декан факультета философии и социальных наук БГУ

Когда язык объединяет

Вслед дню рождения Пушкина

Валентин Антипенко
Беларусь

Валентин Антипенко

Управленец и краевед

Литвин с польским сердцем

К 150-летию Юзефа Пилсудского. Окончание

Валентин Антипенко
Беларусь

Валентин Антипенко

Управленец и краевед

Литвин с польским сердцем

К 150-летию со дня рождения Юзефа Пилсудского

Возвращение «золотого тельца» или на пороге Апокалипсиса

Смотрели "60 минут", вечер ненависти у В.Соловёва или читали Гильмана опять, что тянет на полный неадекват? Не стоит, это разрушительно действует на вашу психику. 

Как и зачем Запад финансирует оппозицию в Беларуси

Добавлю, что этот "красный" Альгирдас Палецкис (на фото он со своей женой Ольгой) уже много лет очень активно якшается с разными довольно известнымии в Литве, и в мире, евреями, к ...

Куропаты: как TUT.BY опровергает «немецкую версию»

Когда-то Тут. бай в самые осуждаемые Западом времена Лукашенковской "диктатуры" был вполне нормальным порталом, который занимался освещением событий. С помощью бывшего главреда цен...

Собор Парижской Богоматери вовсе не сгорел

В субботу вечером , у дочки дома , солнечный зайчик , отражённый полированной мебелью , попал точно на эстамп собора , привезённый из Парижа , окрасив его в пламенно-оранжевый цвет...

Три исторических основания будущего России

Я говорил не о превознесении, а о самосознании. Считают себя высшими. Превозносить себя хозяин не велит. "Tu esi latviete un tādēļ mīļa man" поют, но редко.