А теперь серьёзно

06.09.2018

Сергей Леонидов
Латвия

Сергей Леонидов

Моряк и краевед

Становление национализма

От наскальной живописи до Марсельезы

Становление национализма
  • Участники дискуссии:

    33
    249
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

    

Часть 1. Научное определение национализма. Постановка проблемы
 
 
 


Итак, поскольку среди соклубников возник некий интерес, продолжим наши изыскания и двинемся тропой исследования национализма и поиска его определения. И точкой отсчёта должна стать формулировка понятия «национализм» в самом широком, общем смысле.
 

 

Ближайшим образом национализм есть отношение друг к другу двух больших групп людей, социумов.

Этимология слова «национализм» подсказывает, что этими социумами должны быть либо нации, либо национальности. Который именно из социумов — это важно, и это нам ещё предстоит выяснить. Взаимоотношения же между двумя социумами будем называть философским термином «рефлексия».

Внешняя отрицательная рефлексия социума определяет его отношение к другому социуму, а внутренняя рефлексия позволяет определить свой социум, отличить его от других.
 


При этом сразу становится очевидной ложность нередко звучащего тезиса: «Национализм — это просто любовь к своей нации или национальности». При наличии только одной нации национализм теряет смысл. Обязательно нужна ещё хотя бы она, «не своя». А любовь только к своей нации предполагает отрицание любви к чужой, то есть то самое вышеуказанное отрицательное отношение.
 

 

Выйдя из своей природной колыбели, из первобытного стада, человек в верхнем палеолите, примерно 40 тыс. лет назад освоил каменные орудия и огонь, начал одеваться в шкуры, ночевать в жилищах, приобрёл развитую обрядовую систему и многосложную речь. Люди занимались охотой, рыболовством и собирательством.

Основной самодостаточной формой человеческого социума в тот период являлся род. В состав рода входили 10—20, по некоторым оценкам до 50 человек, среди которых царил сначала полный промискуитет, а затем и самая первая форма семьи — кровнородственная.

Какими же были отношения между родами или, если так можно выразиться, что такое «протонационализм» палеолита? Надо признать, что это была абсолютно брутальная рефлексия. Человек из чужого рода был в чистом виде конкурентом за природные ресурсы, никакой пользы от него для членов рода не было и быть не могло.
 

Поэтому, строго говоря, он человеком не признавался и подлежал устранению: убийству или удалению подальше от себя.
 

Худший вариант — это самому откочевать от чужеродцев, чтобы не быть убитым ими. Ведь для них ты также не человек, а лишь прожорливая тварь, уничтожающая нужные тебе ценные продукты. При всём ужасе таких соседских взаимоотношений был в них и позитивный исторический момент: выталкивая друг друга за пределы территории своего обитания, люди заселили потихоньку все континенты, всю пригодную для жизни поверхность нашей планеты.
 

Что же послужило причиной того, что со временем ситуация стала меняться?

Основным видом производства в первобытном обществе было производство непосредственно людей, продолжение рода. А для производства людей ценным ресурсом является женщина. И вот эволюционное развитие пришло к тому, что роды, практикующие длительное кровосмешение, потихоньку вымирали. А те, кто умыкал невест из соседних родов, выживали успешнее.

В эпоху мезолита, около 12—15 тыс. лет назад основной формой человеческого социума становится племя. Племя состояло из нескольких родов. На брачные отношения между членами рода был наложен запрет. Внутри рода царила экзогамия, внутри племени — эндогамия. Иноплеменники же оставались нелюдью за редким исключением похищения женщин, если в них возникала необходимость.
 


Самоназвание многих индейских и африканских племён в переводе с их родного языка означает просто «человек» или «настоящие, главные люди», что хорошо характеризует их отношениям к другим племенам.
 


Принимать чужака в своё племя или даже брать его в плен по-прежнему не было никакого смысла: член племени мог с трудом набрать даров природы на себя самого и на своих малолетних детей. Поэтому столкновения племён по-прежнему приводили либо к уничтожению оппонентов, либо к вытеснению их из своей области обитания.


В таком состоянии, в абсолютной любви внутри родного социума и в абсолютной ненависти, направленной вовне, прожили наши предки многие тысячелетия, пока примерно 10 тысяч лет назад не случилась первая Неолитическая Революция.
 
Во-первых, окончилась последняя ледниковая эпоха и климат смягчился. Во-вторых, исчезла мегафауна, создав пищевой кризис. И главное, орудия труда уже развились до такой степени, что позволили перейти от присваивающего хозяйства (охота и собирательство) к производящему (земледелие, скотоводство, ремесло). Участок земель и лесов, дававший пищу охотникам и собирателям, теперь мог прокормить на порядок, а то и два порядка больше скотоводов и землепашцев. Это повлекло взрывной рост плотности населения.

Первое разделение труда привело к тому, что племена начали специализироваться на производстве определённых продуктов. На этом основании появился первый интерес к контактам между ранее абсолютно враждебными социумами. Возникли излишки произведённого продукта, их обмен, частная собственность.

Взаимная выгода товарообмена привела к образованию социумов новой формации — племенных союзов. Племенные союзы, состоящие из племён с разной специализацией, оказались более устойчивыми, жизнеспособными и цивилизационно перспективными, чем отдельные племена. Частная собственность привела к социальному расслоению племени. Объединённый племенной союз уже не мог управляться, как раньше, племенным вождём лишь силой своего авторитета.

И вот на этом основании примерно 4 тысячи лет назад стали возникать первые государства.
 

А теперь рассмотрим те отношения, которые возникли между первыми государствами, основанными на племенных союзах.
 

Оказалось, что соседа можно пограбить, ибо уже было чем поживиться. Но самое главное, чужаков можно не убивать, а пристроить к делу.
 

Производительность труда уже настолько поднялась, что раб не только себя прокормит, но и хозяина. Это ценное качество, открытое в людях чужого социума, привело к созданию рабовладельческой общественной формации, вершиной которой явился хорошо нам знакомый Древний Рим.

Вражда между племенными союзами осталась, но приобрела более «гуманные» формы: если попался, то жить будешь, но в постоянном труде на хозяина. Совершать походы за рабами, землями и добычей всегда лучше в большой компании. Поэтому племенные союзы получали мощный стимул к расширению, включению в свой состав соседних, более слабых племён, распространению на них своей цивилизационной модели. Древний Рим расширялся таким образом до пределов, которые позволяли средства коммуникации того времени.
 


Здесь необходимо также отметить, что социальное движение неравномерно. Рядом с продвинутыми рабовладельческими государствами продолжали жить ещё множество племён, не достигших государственности и развитых племенных союзов. Это надо будет иметь в виду и в дальнейшем рассмотрении развития социумов.
 

 
Эпоху упадка Римской Империи Феодальной Революцией обычно не называют, хотя, по сути, она таковой является. Последующее за ней Великое переселение народов правильнее было бы назвать Великим переселением племён, ибо народы как таковые ещё не возникли, об этом чуть ниже.
 

Зато в латинском языке появилось слово, прямо относящееся к предмету нашего рассмотрения. Это natio, произошедшее от имени одноимённой богини рождения, что тогда ещё означало не нацию, а «рождение, происхождение, род, племя».
 

Исполнившая свою историческую функцию рабовладельческая формация, развив производительные силы от каменного топора и палки-копалки до стального меча и плуга, от шалашей и землянок до дворцов и акведуков, пала под ударами менее развитых, но многочисленных молодых, активных и демографически расширяющихся племён и племенных союзов. При этом племена, мигрировавшие по всей Европе и окрестностям, старились перенимать экономические и культурные достижения поверженной цивилизации.
 

Какие же изменения претерпели социумы в начале нашей эры?

Племенные союзы социально расслоились. Образовалась правящая верхушка из бывших племенных вождей и военных лидеров со своими дружинниками. Большинство из бывших свободных общинников, а также бывших рабов стали зависимыми крестьянами, которые теперь обязаны были содержать своих господ.
 


Именно в этот период возникает понятие народ. Народ — это термин, означавший низшее сословие, трудящийся класс, первоначально — только крестьян, а впоследствии и ремесленников. А не относившая себя к народу аристократия чувствовала большую близость к аристократии соседнего социума, чем к своему народу. Впрочем, понятие «свой народ» для дворянства носило условный характер. Это были те крестьяне, которые в данный момент жили на его земле и платили ему подати. А землю можно было завоевать и потерять, получить в лен от своего сеньора и утратить за измену ему, позднее купить и продать.
 

 
В русских летописях народы именуются «языцы», отражая их главный отличительный признак. Но язык народа и дворянства мог быть различным. Польский король Стефан Баторий не говорил по-польски. В XI—XIV вв. английская аристократия говорила по-французски. Татьяна Ларина, хотя и была «русская душою», но «по-русски плохо знала» даже в XIX в.

Территория, как показано выше, была общей для народа, но не всегда для дворян. Возникшие на базе экономической деятельности образ жизни, культура, психический склад народа и дворянства также сильно отличались.
 

В феодальном государстве действовали две противоположные силы. Первая, центробежная, имела основанием натуральное хозяйство. Самодостаточный крестьянский социум мог существовать в размере небольшого села с редкими визитами на ближайшую ярмарку за ремесленными товарами. Поэтому феодализм отмечен раздробленностью, партикуляризмом.

У членов крестьянского социума пропала нужда объединяться для похода за рабами. Части обширной империи обособляются, классическая латынь вульгаризируется и носители её, удалённые, всё хуже понимают друг друга. И даже католическая месса на латыни не смогла уберечь романские языки от дивергенции. Экономический фактор, способствующий раздробленности, победил языковое единство.
 
Но одновременно действовал и центростремительная сила правящего класса. Социуму нужна защита от соседей, нужно администрирование, сбор податей. Эти функции выполнял дворянин, прочно связанный с народом экономически, содержащийся за счёт своих крестьян, но во всех остальных отношениях весьма мало на него похожий. Кроме того, воину-феодалу нужны были оружие и доспехи, а также предметы роскоши, не производившиеся сельской общиной. Это ведёт к развитию торговли и ремёсел, порождает отношения будущего капитализма.

Противоречия между центробежными и центростремительными силами социума разрешались в основании феодальных государств, стремящихся замкнуться в мелком хозяйстве, но вынужденных объединяться для защиты, войн и торговли.
 
Резкое феодальное социальное расслоение появилось ещё при рабовладельческом строе, но рабов за людей не считали, они были «говорящими орудиями». При феодализме в крестьянине признали человека.
 

Собственно, сам термин «крестьянин» в русском языке произошёл от «христианина» — единственного признака, который отличал его от домашнего животного в глазах хозяина.
 


Рефлексия между феодальными социумами-государствами определялась дворянством.

В классовых обществах интересы правящих классов всегда являются основой межгосударственных отношений. Сформировавшись в политических кругах, они транслируются на низшие слои социума, контакты которых с соседними государствами весьма ограничены и интересы практически не пересекаются.
 
У дворян понятия общности социума определялись знатностью рода, понятиями чести, верной службы своему синьору и королю. Но если синьор не удовлетворял сложившимся нормам, не обеспечивал условий благосостояния своих вассалов военной ли добычей, возможностью получать доход с поместий или прямыми пожалованиями, от него до определённого времени можно было отъехать, присоединиться к более удачливому, а то и вступить в вооружённый конфликт в партии прочих недовольных.
 
Важным объединяющим фактором при феодализме стала религия. При господствовавшем в первобытной и рабовладельческой формациях язычестве богов было много. У самих богов друг с другом были сложные, порой враждебные отношения.

Простой смертный мог выжить, маневрируя между интересами богов. Приносить дары то тому, то другому, принимать даже чужих богов, которые оказались более могущественными.
 


Единобожие всё поменяло. От единственного всемогущего бога никуда не деться. Только от него можно получить защиту и любые блага. А если твой король, граф или барон не просто завоеватели, а помазанники божьи, то этот факт нужно признать священным и честно выполнять клятву верности или безропотно нести им подати.
 

 
Необходимо отметить также, что в целом уровень агрессивности между социумами в данную эпоху несколько снижается. Противостояние не носит экзистенциального характера. Крестьянину по большому счёту всё равно, на какого господина работать. Дворянину тоже не очень важно, с какого народа взимать подати и какому сеньору служить. С единоверцев и говорящих на одном языке, конечно, несколько удобнее, но это не критично. В конце концов, найдётся управляющий.

Убивать чужого крестьянина — это значит испортить полезную вещь, такое целесообразно лишь при необходимости. Убивать врага-дворянина — дело полезное, но достойнее пленить его, доказать свою силу и благородство, возвыситься духом и славой, попутно сняв с него доспехи. Да и божьи заповеди убийства не одобряют.

Хотя как раз религиозные войны этой поры стали самыми жестокими и беспощадными. Человек другой веры мог быть легко расчеловечен идеологически. Первобытные родоплеменные отношения не ушли бесповоротно в прошлое и их отголоски продолжали жить в общественном сознании, возбуждаемые при необходимости церковью. Но войны за главные ресурсы эпохи: земли и крестьян, а позднее за ремесленные центры и торговые пути, запредельной жестокостью не отличались.

Рыцарство, благородство к противнику, войны в кружевах — это всё атрибуты феодализма, имеющие под собой экономическую основу.
 

При взгляде на уже рассмотренный период общественного прогресса всё яснее можно проследить разворачивающиеся закономерности развития социумов.

Материальный фактор, способ производства определял оптимальную форму общества. Эта форма стремилась к самодостаточности в обеспечении себя ресурсами и защите от соседей. Разнообразие внешних условий и неравномерность развития человечества приводит к сосуществованию социумов разных форм, разделённых пространством и природой.

Но и в общественном сознании, в структуре более прогрессивного социума содержатся остатки более ранних общественных отношений и структур. Семейные, клановые, родовые отношения продолжают существовать и в феодальном обществе. Местничество дворян и круговая порука крестьян — это наиболее заметные их проявления в феодальном государстве.
 

И отпечатки абсолютной ксенофобии каменного века тоже сохраняются в сознании. Правящий класс имеет средства при необходимости обострять эти чувства.
 

Знаменитая проповедь папы Урбана II на Клермонтском соборе послужила детонатором крестовых походов. Задачи колонизации обосновывались религиозно и идеологически. В нужное время дремлющая в сознании родоплеменная рефлексия направлялась на тех или иных противников.

С развитием книгопечатания и грамотности к религиозным проповедям добавились «летучие листки», доносившие до социума те неслыханные зверства и мерзости, которые творит экономический конкурент и военный противник.

Европа входила в новую эпоху, породившую, наконец, тот социум, о котором идёт речь.
 

Наиболее яркая из всех буржуазных революций, Великая Французская революция начертала на своих знамёнах девиз Свободы (в первую очередь торговли и предпринимательства), Равенства (уничтожения сословий) и Братства (формирования нового социума — нации).

Общность французской территории сложилась ещё в XV веке, однако она была разобщена внутренними таможенными границами. Общность языка и культуры в то время только начинали складываться. Провансалец, бургундец, гасконец, пикардиец, нормандец ещё считали себя разными народами, а провинцию могли называть «страной» или «землёй».

Развитие капиталистических отношений требовало унификации всех определённостей или признаков нации. Единый литературный французский язык был упорядочен в XVII веке. В тот же период удалось отменить внутренние торговые пошлины, хотя и не полностью. Но только революция окончательно уничтожила отжившие общественные отношения и дала простор для формирования нового социума — нации. И определяющим качеством нации стало гражданство.
 


Гражданами стали гордо называть себя французы в противоположность подданным монархий. Была провозглашена Декларация прав человека и гражданина. Государство как верховный орган социума обязано было обеспечить эти права и свободы. Национальное собрание, национальный конвент, национальная гвардия стали главными институтами нового строя.
 


Формирование нации завершалась с отменой деления на провинции, преодоления диалектной дробности французского языка на городских мануфактурах и фабриках, а также в единой национальной армии. Французская наука и культура эпохи просвещения также оказали большое влияние на складывание нации.

Мощный удар в ходе революции получила церковь, её влияние на общественное сознание значительно ослабло. Однако немедленно возникла мысль о необходимости идеологического инструмента, которым правящий класс должен формировать массовое сознание нации, продвигать свои интересы в обществе.

И вот уже Жан-Жак Руссо рассуждает о необходимости для государства «гражданской религии», которая должна гарантировать общественный покой и гармонию, обеспечивать «общее благо».
 
 

В ходе капиталистических преобразований множество разноязыких, разноукладных и разделённых другими особенностями феодальных народов ассимилируются, сливаются в единый социум — нацию. Внешним образом, формально к власти приходит народ, и всё государство становится народным. Понятия «народ» и «нация» практически сливаются и с тех пор зачастую могут использоваться как синонимы.

 
По существу же декларированные права и свободы в решающей степени получают зависимость от материального положения гражданина, от его отношения к средствам производства. Деление социума на классы сохраняется, господствующим классом становится буржуазия, и именно интересы буржуазии определяют теперь поведение государства-нации и характер национализма.

Теперь уже это настоящий национализм, происходящий от термина «нация», и мы, проследив его генезис, можем, наконец, дать определения этим двум понятиям.
 

Нация — это основной самодостаточный социум эпохи капитализма.
 

Основной — потому что наряду с нациями и даже внутри них продолжают существовать и другие формы социумов предыдущих эпох.
 
Самодостаточный — потому что он способен обеспечить производство всех необходимых жизненных средств или получить их путём международного обмена, а также защитить свою субъектность среди других наций.
 
Нации отличаются друг от друга не каким-то одним признаком или набором признаков. Объединяющая сила нации — это феномен общественного сознания, которое твёрдо утверждает, что «мы — не они». Это утверждение базируется на прочном фундаменте капиталистической экономики и поддерживается всеми средствами государственного аппарата. И это утверждение является сущностью национализма.
 

Национализм — это определяющая рефлексия социумов эпохи капитализма.
 

Эта рефлексия отражает отношения как между разными нациями, так и нации внутри себя.

Ещё правильнее будет сказать, что это отношения не самих наций и других социумов, а тех образов, который общественное сознание каждой из них создаёт как для чужой нации, так и того образа, в котором оно видит себя.

Диалектический подход вместо метафизического позволяет выделить существенное из массы противоречивых явлений и признаков, и этим существенным является отражение в общественном сознании, определяющая рефлексия, имеющая в своём основании материальный фактор — конкуренцию социумов за жизненно важные ресурсы.
 
Развернув развитие национализма, определившего современные нации на заре капитализма, мы должны двинуться далее и посмотреть, во что он превратился сегодня. Но это — тема отдельного разговора.
 
 
Продолжение следует
      

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Рустем Вахитов
Россия

Рустем Вахитов

Кандидат философских наук

Периферийные национализмы

Развиваем актуальную тему

Сергей Леонидов
Латвия

Сергей Леонидов

Моряк и краевед

Национализм сегодня

Почему он так востребован капиталом

Сергей Леонидов
Латвия

Сергей Леонидов

Моряк и краевед

Научное определение национализма

Постановка проблемы

Юрий Шевцов
Беларусь

Юрий Шевцов

Директор Центра по проблемам европейской интеграции

Онтологический «полицай»

и онтологический «партизан» Восточной Европы

Черемош

Невежда в теме, которую бросился обсуждать и клеймить.Вы вступаете в дискуссию с людми которые невежественны в теме? Дело вкуса.На провинциала - согласен. Не претендую на элит

Ученые - о миролюбии белорусской историографии и о величайшем событии нашей истории ХХ века

"Анатолий Великий: Наши зарубежные коллеги в одной из своих монографий в конце 1990-х годов отметили, что белорусской историографии присуща самая примирительная, самая мягкая

С двумя годовщинами!

Что - вы сразу всем сдаваться собираетесь? А как же предки партизаны, их память?

Прелюдия единения

Спасибо за ссылку, думаю, что родственник, т.к. его предки из района граничещего с Латгалией. У моего дедушки было пять братьев и вообще у нашей фамилии рождаются только мальчики.(

Права ребенка vs права учителя: где искать идеальную формулу образования?

Поддерживаю полностью

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.