Обществоведение

30.08.2019

Александр Шпаковский
Беларусь

Александр Шпаковский

Политолог, юрист

Смертная казнь в Беларуси: стоит ли исключить "исключительную меру"?

Смертная казнь в Беларуси: стоит ли исключить "исключительную меру"?
  • Участники дискуссии:

    5
    6
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад


Применение смертной казни в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления в отечественном уголовно-исполнительном законодательстве по-прежнему остается камнем преткновения в отношениях между нашей страной и Европейским Союзом, препятствует присоединению Беларуси к Совету Европы.

Торг здесь неуместен

Для сближения позиций в белорусском парламенте создана специальная рабочая группа по проблематике отмены смертной казни, которая на протяжении последних лет внимательно изучает международные тенденции, контактирует с зарубежными партнерами, а также проводит разъяснительную работу на местах.

Нужно признать, что, казалось бы, исключительно внутрибелорусская проблема серьезно беспокоит страны Европейского Союза, особенно Великобританию. Именно британское посольство в Минске является одним из главных центров поддержки идей отмены смертной казни, осуществляющим планомерную работу как с представителями государственных органов, так и в неправительственном секторе.

Зарубежные эмиссары, в частности руководящие работники Совета Европы, рекомендуют Минску вновь изучить общественное мнение, резонно напоминая о том, что с момента проведения референдума 1996 года прошло более 20 лет и многие ныне правоспособные граждане просто не принимали участие в плебисците.

В ответ белорусские парламентарии призывают иностранных партнеров «не давить» на нашу страну в вопросе смертной казни, подчеркивая временный характер применения этой меры наказания, что отражено в Конституции Республики Беларусь формулировкой «до ее отмены».

То есть, указывается, что вопрос об отмене смертной казни был решен положительно еще на заре независимости, при подготовке Основного закона страны, а суть проблемы заключается не в политической воле, а в появлении соответствующих условий.
 
В этом контексте, по мнению властей, основным индикатором является общественное мнение, которое уже протестировали в 1996 году, когда 80,44% избирателей (более 4 миллионов человек) проголосовали против отмены смертной казни. 
Последние опросы общественного мнения показывают, что число сторонников исключительной меры наказания уменьшилось на 15-20%, однако по-прежнему фиксируется устойчивое большинство людей, выступающих за исключительную меру наказания для особо опасных преступников.

Это значит, что если в ближайшей перспективе вопрос о смертной казни вынести на референдум, то с большой долей вероятности можно прогнозировать, что граждане вновь проголосуют против ее отмены. Соответственно, данный вопрос вновь может быть отложен в долгий ящик, так как у государства нет объективных возможностей каждые 1-2 года устраивать всенародное голосование по этому поводу.

В международной практике по вопросу смертной казни далеко не все так однозначно. В 8 из 10 ведущих держав мира сохраняется исключительная мера наказания, в том числе в таких развитых демократических странах, как Япония и США.

Недавнее сообщение американского Министерства Юстиции о том, что США возобновляют применение смертной казни не только в отдельных штатах, но и на федеральном уровне, повергло в шок правозащитников по всему миру, однако никак не повлияло на намерение Вашингтона казнить пятерых заключенных, приговоренных к исключительной мере за убийства и изнасилования.
 
На фоне международного внимания к проблеме смертной казни в Беларуси появляются рассуждения о том, что Минску стоит увязать вопрос отмены с визовыми и иными уступками со стороны Европейского Союза.
Такой подход выглядит крайне цинично и неадекватно. Смертная казнь не может быть вопросом торга, так как по сути является выражением суверенной воли белорусского народа. В философском смысле приговор осужденному злодею выносит не только судья, но все общество, в большинстве своем выступающее за сохранение исключительной меры. Это значит, что речь идет о правосознании основной массы белорусов, пока не готовых проявить гуманизм по отношению к серийным убийцам.

Как изменить позицию общества?

Думаю, что у такой ситуации есть свои причины, которые заключаются в том, что общество рассматривает смертную казнь не столько как средство сдерживания (эффективность ее применения в этом ключе весьма сомнительна), сколько как меру социальной защиты, а также как проявление социальной справедливости.

Это объясняется тем, что, несмотря на существенное снижение криминальной статистики в сравнении с «лихими 90-ми», умышленные убийства совершаются в нашей стране по-прежнему достаточно часто, что вызывает серьезный социальный резонанс. 
 

На сегодняшний день Беларусь с показателем 2,7 убийства на 100 тысяч человек населения выглядит лучше всех своих соседей, однако у благополучного Люксембурга этот показатель равен 0,2, а у Швейцарии и Австрии – 0,5. 
 

Во многих странах Восточной Европы, где наблюдается схожая с Беларусью ситуация, опросы общественного мнения также фиксируют массовые настроения в поддержку смертной казни, а ее отсутствие объясняется лишь волей властей, игнорирующих позицию населения в данном вопросе. Аналогичные социальные тенденции отмечаются также в РФ, где смертная казнь не применяется и не назначается с апреля 1997 года, но страна «лидирует» по показателям убийств в Европе.

Недавнее омерзительное умышленное убийство наркоманом 92-летнего ветерана Великой Отечественной войны вновь всколыхнуло общество и даже официальные должностные лица (например, губернатор Калужской области Артамонов) начали высказываться на предмет необходимости снятия моратория и возврата к смертной казни.

Итак, возникает вопрос, почему же общество видит в исключительной мере наказания инструмент возмездия по прошествии тысячелетий со времен законов Хамурапи «око за око, зуб за зуб»?

На мой взгляд, во-многом потому, что все эти многочисленные «правозащитники» и «международные организации» во главу угла странным образом поставили страдания осужденного преступника, а не защиту прав родственников убитых им жертв.

Народ эмоционально чувствует боль людей, у которых чужая злая воля отняла родных и близких, а значит, требует для них справедливости в соответствии с достаточно примитивным ее пониманием.

В абсолютном большинстве родственники потерпевших, для которых нет никаких специальных программ помощи и реабилитации ни на уровне государства, ни на уровне гражданского общества, настаивают на смертной казни для убийц. И эту позицию можно игнорировать с точки зрения закона, но нельзя не учитывать с точки зрения морали.

Резюмируя, нужно сказать, что смертная казнь – не священная корова для Беларуси. Не исключено, что анонсированные изменения Основного закона затронут и этот вопрос, а значит, народ вновь получит возможность высказаться о целесообразности отмены смертной казни.

Однако очевидно, что в обществе, где регистрируется 300-400 убийств в год, а с родственниками жертв никто не работает, продвинуться в направлении отмены будет достаточно сложно.
 


Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Юрий Глушаков
Беларусь

Юрий Глушаков

Историк, журналист

Три версии избиения белорусских гастарбайтеров в Польше

Алексей Дзермант
Беларусь

Алексей Дзермант

Председатель.BY

Что означает разгром националистического подполья

В Беларуси

Александр Шпаковский
Беларусь

Александр Шпаковский

Политолог, юрист

Совет Европы или смертная казнь

Что выбирают белорусы?

Петр Петровский
Беларусь

Петр Петровский

Философ, историк идей

Почему Беларусь и Россия не подписали дорожные карты интеграции

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.