Наши люди

13.02.2018

Валентин Антипенко
Беларусь

Валентин Антипенко

Управленец и краевед

Пётр Миронович Машеров. Дорога в бессмертие

К 100-летию со дня рождения

Пётр Миронович Машеров. Дорога в бессмертие
 

О самом популярном руководителе советской Белоруссии П.М.Машерове говорят сегодня мало, хотя написано о нём достаточно.
 

К столетнему юбилею четвёртый раз переиздаётся обновлённое издание Славомира Антоновича «Пётр Машеров».

В Москве издан толстый сборник воспоминаний о Машерове «Сын белорусского народа», экземпляр которого мне подарил один из составителей, любимчик Петра Мироновича, наш знаменитый поэт и общественный деятель Геннадий Буравкин.





Не раз к его образу приходилось возвращаться и автору этих строк.

Знакомясь с воспоминаниями и новыми публикациями о Машерове, всегда находишь что-то новое, и он вновь и вновь предстаёт перед нами с обезоруживающей улыбкой, умиротворявшей даже недругов.

Нам, партийным работникам машеровского времени, довелось работать под его руководством, видеть его в деле и предавать его тело земле.

Машеров возглавлял нашу страну целых пятнадцать с половиной лет (1965—1980 гг.), и этот период смело можно назвать самым продуктивным и самым обнадёживающим.

Могут упрекнуть: «Вы так говорите потому, что это было время вашей молодости». И это правда.

Но есть и другая правда — именно в те годы создавался мощный народно-хозяйственный комплекс республики, а партактив был нацелен прежде всего видеть проблемы человека, а потом уж свои. Потому-то мы, как и наш учитель, остались бессребрениками на всю жизнь, и не жалеем об этом.

Нет смысла воспроизводить подробности машеровской биографии, так как читателям доступны десятки публикаций, которые дают подробное описание его деятельности с ранних и юношеских лет.

Но в 100-летний юбилей главное отметить всё же стоит.


Потомок оставшегося на территории Сенненского уезда солдата отступавшей наполеоновской армии Машеро, Пётр Миронович не был потомком «белой кости», однако его облик выдавал наличие в нём осколков другой породы.

В крестьянской семье Мирона и Дарьи Машеровых родилось восемь детей, из которых выжили пятеро: три девочки и два брата, названных библейскими именами — Павел и Пётр.

Путь до Мушканской школы (18 км туда и обратно) Пётр зимой преодолевал на лыжах, потому стремительность и легкость в его движениях остались на всю жизнь.

В 1935 году Петр Машеров поступает на первый курс физико-математического факультета Витебского педагогического института им. С.М.Кирова. Учится хорошо.




Машеров в числе студентов Витебского педагогического института им. С.М.Кирова.
 


В декабре 1937 года в родительский дом постучалась беда — отца по доносу забрали и увезли люди в форме НКВД. Позднее будет выяснено, что его арестовали «за активную сектантскую деятельность», Через полгода мытарств он скончался — не выдержало больное сердце.

Первую свою награду — именные наручные часы — Машеров получил за успешное выступление на соревнованиях созданной им команды лыжников пединститута, занявшей первое место в республиканском смотре.

После окончания в 1939 году вуза Машеров преподавал физику и математику в старших классах Россонской средней школы. Здесь для мальчиков он организовал предметные кружки, а для девочек — танцевальный и драматический. Причем режиссером и даже актером нередко был сам.

Несколько учеников Машерова перед войной поступили в технические вузы Ленинграда, Москвы и других больших городов, несмотря на большие конкурсы.


Все планы перечеркнула война. Вместо аспирантуры Машеров подал заявление в военкомат с просьбой направить на фронт.

В Россонах из нескольких сотен добровольцев создается истребительный батальон, куда направили и его.

23 июля 1941 года в окрестностях местечка Пустошки Калининской области Петр с отступавшей группой бойцов попадает в плен.

Путь в 70 километров он с товарищами преодолел пешком. Убежать по дороге им не удалось.

На станции всех пленных погрузили в товарные вагоны с зарешёченными окнами и повезли на запад.

Машеров с попутчиками нашёл выход — крепкие ребята выломали решётку в вагонном окне и, улучив момент, на всём ходу выпрыгнули из вагона. Пётр прыгнул первым.

Хотя плен длился всего четыре дня, но потом не раз создавал ему проблемы.

5 августа 1941 года Машеров добрался до родительского дома.

В Россонах хозяйничали немцы, однако колхоз продолжал функционировать под названием «община».

Пётр устроился работать счетоводом и учительствовал в школе.

В Россонах он организует комсомольско-молодежное подполье из своих выпускников и учителей.

Среди активистов-подпольщиков оказалась бежавшая из плена стоматолог окружённой воинской части Полина Галанова, и судьба объединила их на всю жизнь.


С апреля 1942 года Машеров — командир партизанского отряда имени Н.А. Щорса.

Партизаны провели ряд удачных операций, в том числе взрыв моста через р.Дрисса на железной дороге Витебск—Рига в августе 1942 года.

Немцы пришли в бешенство. В сентябре 1942 года они арестовали, подвергли пыткам и расстреляли его мать.

Пётр Миронович потом всю жизнь винил себя в том, что не смог спасти её от расправы.

Бывая в Витебской области, он постоянно навещал могилу матери на сельском кладбище и просил у неё прощения.

С марта 1943 года Машеров — комиссар партизанской бригады имени К.К.Рокоссовского, а в сентябре 1943 года назначается первым секретарём Вилейского подпольного обкома ЛКСМ Белоруссии.

В 1944 году он был удостоен звания Героя Советского Союза.

Вот что написано в его представлении за подписью 1-го секретаря ЦК ЛКСМБ Михаила Зимянина:
 


«...организатор партизанского движения в Россонском районе Витебской области, которое в дальнейшем выросло во всенародное восстание и создало огромный партизанский край в 10 тысяч квадратных километров, полностью сбросивший немецкое иго и восстановивший Советскую власть.

Дважды раненый, товарищ Машеров за время двухлетней борьбы с немецкими захватчиками проявил личное мужество и отвагу, отдавая все свои силы, знания и способности этой борьбе и не жалея своей жизни».
 


Для того чтобы внести ясность о той опасности, которая ходила рядом с Машеровым в военные и послевоенные годы, приведу всего лишь одну небольшую и весьма откровенную цитату из журнальной статьи «Гибель Машерова»:
 


«В Белоруссии, как и в другой республике, оккупированной немцами, было немало тех, кто переходил на сторону врага.

Кроме того партизанское и подпольное движение контролировалось НКВД и ГБ, и «кураторы» от советских органов безопасности были едва ли не более подозрительны, чем гестапо и немецкая военная разведка — чуть что, неудачливый руководитель подполья или командир партизанского отряда исчезал бесследно, а его подвиги приписывались другим».
 


В той мясорубке Пётр Миронович выжил.


После освобождения республики от немецко-фашистских захватчиков карьера Машерова пошла на взлёт.

В июле 1944 года он избирается первым секретарем Молодечненского обкома комсомола, а ровно через два года — секретарем ЦК ЛКСМБ.

В октябре 1947 года он становится первым секретарем Центрального Комитета комсомола Белоруссии.

Судя по документам, хранящимся в Национальном архиве республики, вопрос о кратковременном нахождении Машерова в плену неоднократно проверялся Москвой.

Вот выдержки из докладной, представленной в Москву за подписью секретаря ЦК компартии Белоруссии Н.Гусарова.

Документ так и именуется: «О товарище Машерове П.М».
 


«ЦК КП(б)Б проведена дополнительная проверка по вопросу о поведении секретаря ЦК ЛКСМ Белоруссии тов. Машерова П.М. в период Великой Отечественной войны...

Тов. Машеров сообщил партийным органам факты ареста его отца органами НКВД в 1937 году, задержания его, Машерова, немцами в 1941 году и обстоятельства его работы в Россонах в 1941-1942 году...

ЦК КП(б)Б считает, что нет оснований подвергать сомнению поведение тов. Машерова в период Великой Отечественной войны».
 


Под документом стоит дата — 6 мая 1949 года.


Почти 7 лет Машеров успешно руководил комсомолом республики.

В июле 1954 года он переходит на партийную работу — избран вторым секретарем Минского обкома партии, а через год назначен первым секретарем Брестского обкома партии вместо назначенного секретарём ЦК КПБ Т.Я.Киселёва.

За почти четыре года пребывания в этой должности он настолько успешно проявил себя, что в апреле 1959 года его избирают секретарем ЦК Компартии Беларуси, а с декабря 1962 года — вторым секретарем ЦК.

В марте 1965 года Машеров избирается первым секретарем ЦК Компартии Белоруссии.

В этой должности он проработал четверть своей короткой, но яркой человеческой жизни, ровно относясь к своему главному завистнику — председателю Совета Министров Т.Я.Киселёву, претендовавшему на пост первого.

Эта неприязнь Киселёва имела начало с тех пор, когда Мазурова перевели на работу в Москву, и Киселев как Председатель Совмина претендовал на кресло первого.

Проводить пленум ЦК КПБ в Минск приехал Мазуров и сначала собрал секретарей обкомов.

Все они высказались в пользу Машерова. А вот на Бюро ЦК голоса разделились поровну.

Решающим стал голос отсутствовавшего по болезни легендарного партизанского комбрига, а тогда — Председателя Президиума Верховного Совета БССР Василя Козлова. Посетившим его на квартире он сказал: «Я за Машерова».




Василий Иванович Козлов с Михаилом Зимяниным.
 


Киселев затаил обиду. Иногда она прорывалась в кругу друзей, когда он называл конкурента «мастером покрасоваться на трибуне, выступать с пафосными речами и брать новые высокие рубежи».

Так продолжалось много лет, пока Киселева не перевели в Москву заместителем Председателя Совета Министров СССР.

В 80-м пошли разговоры: Машеров едет в Кремль на место Косыгина, а Киселев вернется в Минск.

Киселев вернулся, а Машерова не стало.
 


О том, что сделано было в стране под руководством Машерова, сведений хватает.

В период с 1965-го по 1980 год в несколько раз вырос национальный доход, высокими темпами развивалась промышленность и сельское хозяйство.

С его именем связано создание мемориальных комплексов «Брестская крепость-герой» и «Хатынь», открытие Кургана Славы, мемориального комплекса «Прорыв».

Известна и настойчивость по привлечению к ответственности фашистских пособников и предателей родины из числа националистов.

Если оценить итог его усилий двумя словами, то это «процветание и достоинство».

Это было время, когда Белоруссия стала самодостаточной и не получала бюджетных дотаций из союзного бюджета.



 



В силу доступности многих материалов хочется в большей степени поделиться воспоминаниями о «машеровском» времени.

Во время работы в обкоме комсомола окна нашего кабинета смотрели в сторону бокового выхода из здания ЦК, и нам доводилось наблюдать, как Пётр Миронович вместе с охранником идёт шагает домой обедать и здоровается с идущими навстречу соседями.

Мы тоже выходили на улицу, стараясь попасться ему на глаза и поздороваться.

По нашим комсомольским значкам и костюмам он, конечно же, узнавал, кто мы такие, и, улыбаясь, кивал головой.

Увидеть Машерова в действии мне довелось во время работы в горкоме партии, так как довелось присутствовать на многих республиканских и городских мероприятиях с его участием.

Его поведение на людях было располагающим, а выступления всегда тщательно готовились. Он не имел привычки читать, не отрываясь, кем-то написанный текст, а работал с ним так, что при чтении казалось — он знает его почти наизусть.

Рассказывали, что отработкой дикции и манеры изложения Машеров занимался с профессионалами. Недаром выступления на пленумах ЦК КПСС и других общесоюзных мероприятиях сделали его признанным мастером слова, вызывая зависть партийной бюрократии.

В этой связи показателен случай, как Брежнев в 1971 году во Франции рискнул выступить без бумажки, узнав, что французы не любят шпаргалочников.

Выступая, он путался, пропускал слова. Слава богу, молодой переводчик выучил текст речи генсека, и французы ничего не заметили.

Своё понимание ситуации Машеров всегда озвучивал, предварительно знакомясь с мнением специалистов.

Каждодневно занимаясь народно-хозяйственными проблемами, он не упускал из поля зрения вопросы повышения уровня знаний партийных и хозяйственных кадров.

Это преимущество белорусов стало очевидным во второй половине 70-х годов, когда в Москве постаревшее руководство страны занялось интригами вокруг стареющего и больного Брежнева и свело на нет работу по переподготовке кадров.


В Белоруссии было по-другому.

Машеров регулярно проводил республиканские семинары по разнообразным проблемам народнохозяйственной деятельности, на которых каждый из участников имел возможность проявить себя и поделиться опытом.

Перед пропагандистским активом выступали очень подготовленные члены лекторской группы ЦК, в которой выделялся военный журналист, друг лидера немецких коммунистов Эриха Хонеккера полковник Бейдин.

Его выступления всегда отличались новизной материалов и умелой их подачей. Не боялся он откровенно отвечать и на вопросы присутствующих, в шутку прикладывая палец к губам — «скажу по секрету».





Машерову претили кумовство и протекционизм. Он не тащил во власть своих детей и родню, запрещая это делать другим.

На памяти рассказ моего коллеги по горкому Валерия Микулича о неприятных беседах в ЦК с его отцом — первым секретарём Минского обкома партии, после того, когда сына взяли в аппарат столичного горкома.

Ситуацию с трудом удалось разрулить, поскольку в то время ни для кого не было секретом соперничество аппаратов Минского обкома и горкома партии.

«Телефонному управлению» Машеров предпочитал живую работу с людьми и требовал от кадров того же.


Мы, молодые партийные работники, постоянно бывали на предприятиях, изучали проблемы, мешающие работе трудовых коллективов, чтобы потом воплотить отразить увиденное и осознанное в проектах постановлений партийных органов.

Мне самому не раз доводилось помогать секретарям парткомов курируемых мной Фрунзенского и Московского районов столицы в подготовке их выступлений и докладов, так как с их же помощью я неплохо владел ситуацией не хуже их самих.

Машерова, мечтавшего в молодости об аспирантуре, привлекало наукоёмкое производство.

Он постоянно контактировал с учёными, бывал в Академии наук и интересовался перспективными разработками, поддерживал тёплые отношения с Президентом АН БССР академиком Н.А.Борисевичем и многими другими видными учёными.

Особенно его привлекали институты, чьи научные разработки были заточены на внедрение в производство.

Мой друг, д.т.н. профессор Ж.А.Мрочек, работавший в то время заместителем директора Физико-технического института АН БССР, рассказывал о беседе с Машеровым, когда городские архитекторы вызвались показать ему, как разворачивается стройка в Академгородке в Уручье.

Заехав в Физико-технический институт, Машеров с ходу стал расспрашивать учёных о новейших разработках и, в особенности, об электроэрозионной обработке стали, которой занималась лаборатория Мрочека.




П.М.Машеров в ФТИ АН БССР, слева — Ж.А.Мрочек
 


Все присутствующие были поражены, насколько быстро Пётр Миронович вник в суть вопросов, и, после некоторых уточнений, вдруг стал перечислять области применения новых технологий.

Учёные вряд ли были в курсе, что Машеров — физик по образованию, постоянно интересуется новейшими достижениями в этой и смежных областях знаний. Не догадывались они и о том, что, выезжая на места, Пётр Миронович тщательно готовится.

Когда архитекторы всё же улучили момент и поинтересовались его впечатлением от построенного здания Физтеха, занятый мыслями Машеров ответил им одним словом — «элеватор».

Архитекторы растерялись, а учёные с улыбкой отвернулись, не желая тех обидеть.

Их удивила точность, с которой Пётр Миронович охарактеризовал сооружение, действительно напоминающее по архитектуре место доведения зерна до нужных кондиций.


Машеров никогда не строил из себя большого начальника, хотя на бюро ЦК провинившимся доставалось.

Как вспоминает бывший заведующий отделом ЦК КПБ И.И.Антонович, он даже отчитывал провинившихся с улыбкой на лице.

Его прилёты на поля и фермы были неожиданными и не готовились заранее.

Припоминаю рассказы работников колхоза «Правда» на моей родине, как Машеров зачастил в Вилейский район и, однажды, посадив вертолёт на лужайке около реки Вилия, переобулся в резиновые сапоги и пошёл по мелиорированному лугу в сторону косарей поинтересоваться, есть ли толк от проведенных работ.

Люди высказали ему всё, что думали — тогда никто никого не боялся. А вот районное начальство в который раз сокрушалось по поводу того, что никак не могло спрогнозировать определить, где встречать 1-го секретаря ЦК, чтобы вставить свои пять копеек.

Бывая в регионах, Машеров не возил с собой свиты начальников и не игнорировал приглашения отобедать с местными руководителями сельскохозяйственного производств, а порой и с простыми работягами.

Бывая в Могилёвской области, он с улыбкой интересовался у моей родни, будет ли хозяйка потчевать гостя толстыми мучными блинами, которые в прошлый приезд ему очень понравились.

Продолжая разговор о работе за обедом, он вполне терпимо относился к возражениям и спорил, понимая, что именно всестороннее осмысление проблемы позволяет пытаясь найти правильное решение.

Допуская просчёты, он очень переживал, но не пытался свалить вину на подчинённых, потому что знал — им исправлять его не просчитанные до конца решения.

В своих воспоминаниях заведующий отделом культуры ЦК КПБ А. Петрашкевич на вопрос, был ли счастлив Машеров, очень точно ответил:
 


«Сомневаюсь. На таких властных высотах счастливыми могут быть лишь люди, не обремененные высоким интеллектом».
 


И действительно, счастье руководителя — палка о двух концах.

Радость от того, что Петру Мироновичу удалось выхлопотать у центра большие деньги на осушение Полесья, сменилась осмыслением негатива вмешательства человека в природу, и он корил себя за то, что не прислушался к тем специалистам, которые выступили против тотальной мелиорации.

Да и остановить огромную, насыщенную мелиоративной техникой машину, получившую крупные ассигнования, было непросто: за этим стояли тысячи людей, а за ними — их семьи.

Однако позитива было больше, и это давало Машерову право рассчитывать, что народ расположен к нему, а потому он должен отстаивать прежде всего его интересы.


Много разговоров ходило в те времена вокруг взаимоотношений Машерова с Брежневым...

 
Окончание здесь
       
Подписаться на RSS рассылку

Еще по теме

Александр Шпаковский
Беларусь

Александр Шпаковский

Политолог, юрист

Нужна ли Беларуси десоветизация?

Выстрел в голову

Товарищ Сталин, собравший Беларусь — 2

Почему вождь народов отказался от ассимиляции белорусов

Товарищ Сталин, собравший Беларусь

Интервью с историком МГУ

Юрий Глушаков
Беларусь

Юрий Глушаков

Историк, журналист

1957: первые белорусские байкеры и парад вышиванок на советской улице

Как молодёжь за мир боролась

Дискуссия

  • Участники дискуссии:

    20
    82
  • Последняя реплика:

Самая советская

"... в Литве даже поощряют эмиграцию литовцев подальше от Литвы..."Товарищ, только на Марсе москалистанская империя не достанет свободолюбивых литовцев. Вам туда нужно, как раз под...

«Старайтесь доносить свою позицию достойно...»

Я так и думал, что у вас стандартное для постсоветского человека понятие термина "национализм". Именно такое резко негативное восприятие национализма большевики многие годы внедря...

Немецкий выбор

Нормально отношусь. :)Германия все таки центральное государство в ЕС - и ее позиция сейчас явно будет двигаться в правую сторону (в смысле сохранения суверенитета государств ЕС).Да...

Загугленная молодёжь. Вид сбоку

"посещения фастфуда"----------А это как? Как вместо посещения туалета написать "посещение дерьма". Грамотей, блин!

Поздравлять некого

и пофиг, - не они же строили, почему не сломать. сейчас наблюдается широкое движение - латыши покидают построенными для них дома и переселяются на хутора, там строят шалаши, - мол ...