Как это было

16.03.2018

Александр Дюков
Россия

Александр Дюков

Историк

Он умер неосуждённым

Канадский пасечник, который заживо сжёг Хатынь

Он умер неосуждённым
  • Участники дискуссии:

    26
    99
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

 

Он умер 22 мая 2015 года. Скончался в своей постели, не дожив до столетнего юбилея каких-то семь лет. Пустяк по сравнению с прожитой долгой, очень долгой жизнью.
 

Он жил в сельской местности в часе езды от Монреаля и уже более полувека разводил пчел. Соседи говорили, что он сторонился общественной жизни, предпочитая обособленность. Его звали Владимир Катрюк; когда-то, давным-давно, он вместе со своими товарищами по 118-му украинскому полицейскому батальону хорошо поработал в Белоруссии, в знаменитом впоследствии селении под названием Хатынь.

Канадские журналисты узнали страшном прошлом канадского пасечника Катрюка незадолго до его смерти, в 2012 году, из опубликованной в авторитетном оксфордском журнале «Holocaust and Genocide Studies» статьи историка Пер Андерс Рудлинга об уничтожении Хатыни. В России, Украине и Белоруссии об этом узнали гораздо раньше — в начале 2009 года в опубликованном Национальным архивом Республике Беларусь сборнике «Хатынь. Трагедия и память» были приведены обширные показания соучастников Катрюка по преступлениям.


22 марта 1943 года на шоссе между Плещеницами и Логойском — двумя маленькими городками неподалеку от Минска — советские партизаны устроили засаду на подразделение карателей из состава 118-го полицейского батальона. Завязалась перестрелка, были убиты два полицая и немецкий офицер.

Потом партизаны отступили, а каратели стали ждать подкрепления. Неподалеку работали лесорубы из близлежащей деревни; полицейские их всех задержали — на всякий случай. Потом подошло подкрепление — подразделения 118-го батальона из Плещениц и часть батальона «Дирлевангер» из Логойска. По задержанным лесорубам открыли огонь, убив 26 человек.

Именно в рассказах об этом расстреле мы впервые встречаем фамилию Катрюк — вместе со своими сослуживцами он стреляет по убегающим людям, а потом добивает раненых.
 


«Когда я подошел к месту расстрела, то на дороге действительно лежало много людей, — рассказывал впоследствии военнослужащий батальона О. Кнап. — Все место было в крови. Подходя к месту расстрела, я видел, как по людям, убегавшим в лес, стрелял Иванкив из ручного пулемета, а по тем, кто лежал на шоссе, стреляли Катрюк и Мелешко из автоматов… помню, что раненых добивали Мелешко, Иванкив, Катрюк, Панкив».
 


 

 

Потом каратели выдвигаются к деревни Хатынь, куда отступили на ночлег партизаны. Партизаны не готовы к появлению карателей: в кратком боестолкновении гибнут трое, а остальные отступают. Каратели не преследуют партизан; вместо этого они устраивают расправу над жителями деревни. Судьба этих людей решена: их всех сгоняют в большой сарай. Среди прочих этим занимается Катрюк.

Командир взвода 118-го батальона В. Мелешко впоследствии вспомнит:
 


«Людей собрали на улице в центре деревни, где находилось командование батальона и эсэсовцы. Затем я получил от Винницкого команду конвоировать собранных жителей — стариков, женщин и детей — к сараю, стоявшему неподалеку. Я такой приказ дал командирам отделений Лакусте и Катрюку, которые стали с подчиненными конвоировать жителей к сараю».
 


Стоявший в оцеплении рядовой С. Мышак видел, как Катрюк участвовал в сборе жителей деревни:
 


«Находясь в оцеплении в 30—50 метрах от села в центральной его части, я хорошо слышал крики и плач женщин, детей. Видел, как прибывшие из Логойска эсэсовцы сгоняли жителей села к сараю. Хорошо видел, что по селу ходили полицейские 118 батальона Солоп Сергей, Филиппов, Катрюк».
 


Наконец, все жители собраны; Катрюк помогает своим соратникам заталкивать жертвы в сарай, а потом вместе с офицерами становится напротив ворот сарая. Из показаний О.Кнапа:
 


«Я хорошо видел, как переводчик Лукович поджег факелом сарай, вернее, его соломенную крышу. Сарай загорелся. Люди в сарае стали кричать, плакать. Крики горевших и задыхающихся от дыма людей были страшные. Их невозможно было слышать. От них становилось жутко. Здесь я хорошо не помню, или кому удалось выбраться из пламени, или просто по сараю была открыта стрельба из всех видов оружия: пулеметов, автоматов, винтовок. Я не мог переносить этого, поэтому ни одного выстрела по сараю не сделал. В основном по сараю стреляли из стоящего против ворот станкового пулемета и из автоматов Васюра, Мелешко, Лакуста, Слижук, Ильчук, Катрюк, Пасечник, Кмит, Панкив, Лукович, Филиппов. Стреляли и находившиеся возле сарая эсэсовцы».
 


Так было уничтожено 149 жителей деревни Хатынь, в том числе — 75 несовершеннолетних детей.


В Канаде об этом ещё не знают, однако хатынское убийство было не единственным преступлением, в котором участвовал Катрюк. Эти документы опубликованы в недавно выпущенном в свет сборнике «Убийцы Хатыни. 118-й украинский батальон охранной полиции в Белоруссии».
 
 

Вот, например, в мае 1943 года 118-й батальон участвует в карательной операции в Бегомльском районе. В деревне Вилейка часть нетрудоспособных жителей уничтожают. И вновь в этой акции принимает участие Катрюк.
 


«Молодежь сразу куда-то увели, — вспоминал военнослужащий 118-го батальона И.Козыченко. — Женщин с детьми загнали в отдельно стоявший в конце деревни сарай, расстреляли и сожгли в нем… Помню, что к месту расправы их конвоировали Мелешко, Лакуста, Лукович, Слижук, Катрюк».
 


Спустя несколько дней аналогичную картину Козыченко видит в деревне Осовы:
 


«Когда мужчин, женщин, детей стали отводить от штаба, они начали кричать, почему только их гонят, староста тоже связан с партизанами… Присоединили старосту к другим арестованным гражданским лицами и погнали их к отдельно стоявшему в конце деревни сараю. …Людей к сараю конвоировали Васюра, Мелешко, Лакуста, Слижук, Лукович, Катрюк, Кнап и другие полицейские первой роты… Помню, когда людей загнали в сарай, закрыли в нем, оцепили сарай полукругом и открыли по находившимся в сарае людям огонь со всех видов оружия».
 


Стреляет по людям и Катрюк.

В том же мае 1943 года Катрюк участвует в пытках подозревавшейся в связях с партизанами сельской учительницы. Вот показания члена 118-го батальона Т. Топчиго:
 


«В первый день операции в одной деревне, названия которой не помню, командир взвода Винницкий и командир взвода Мелешко Василий с участием своих подчиненных Лакусты и Катрюка допрашивали женщину-учительницу и били ее… Женщина была в возрасте примерно 30 лет. Когда ее допрашивали, я находился на улице возле того дома и слышал, как она кричала и просила не бить ее, так как ни в чем не виновата».
 



Не по всем эпизодам участие в преступлениях Катрюка можно определить так точно; иногда известно только то, что те или иные карательные операции проводил взвод Мелешко первой роты 118-го батальона — тот самый взвод, в которой командиром отделения был Катрюк. Именно этот взвод, например, в июле 1943 года в Налибокской пуще расстрелял скрывавшихся в лесу евреев. Был ли там Катрюк? Более чем вероятно, хотя его фамилия и не упоминается прямо.

Читая документы, рассказывающие о действиях Катрюка в 1943 году, я мучительно пытался понять, каким же образом тот Катрюк — убийца и палач — соотносится с тихим канадским пасечником. Неужели нет ни одной точки пересечения? Оказалось — есть.
 


«Мы продолжали заниматься прочёской лесной местности и вышли к одной деревне, — вспоминал уже цитировавшийся мной Т. Топчий. — В этой деревне мы ночевали одну ночь. Была там только одна первая рота, в том числе и Мелешко Василий со своим взводом…. Близко от деревни в лесу были обнаружены ульи с пчелами, и полицейские доставали мед. На второй день перед отъездом деревню мы подожгли».
 

 
Любовь к меду Катрюк пронес через всю свою долгую жизнь. Очеловечивает ли его эта черта?
 

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Денис Салаш
Беларусь

Денис Салаш

Нацисты-белорутены тоже жгли Хатынь

Андрей Лазуткин
Беларусь

Андрей Лазуткин

Политолог, писатель

Коллаборационизм как национальная идея — 2

Андрей Лазуткин
Беларусь

Андрей Лазуткин

Политолог, писатель

Коллаборационизм как национальная идея

Белорусское «окно Овертона»

Владимир  Симиндей
Россия

Владимир Симиндей

Историк

ПРИБАЛТИКА-1939: ПАКТЫ С ГИТЛЕРОМ

Субботник на Новодевичьем

Цена вопроса везде разная, но такой вид услуг работает успешно. В данном случае она молодец, москвичка советской закваски, когда на такие стихийные субботники выходили, чтобы "выли

ЗАЯДИЛИСЬ И РАССОСАЛИСЬ...

Безумных лет угасшее весельеМне тяжело, как смутное похмелье.Но, как вино — печаль минувших днейВ моей душе чем старе, тем сильней.Мой путь уныл. Сулит мне труд и гореГрядущего вол

Социальный расизм

Ярила ещё был хорош. А потом наступила ночь Сварога. И восторжествовал Яхве.

Воссоединение республики: как белорусские крестьяне мстили польским панам

Автору спасибо за проделанную работу. Поднята тема, заслуживающая куда более объемного формата. На такие вещи государство должно выделять средства, если, конечно это т.н. "государс

Ученые - о миролюбии белорусской историографии и о величайшем событии нашей истории ХХ века

И я надеюсь,что умру раньше,чем Латвия станет агрессивно латышской,или совсем нищей страной,где невозможно выжить старику на пенсию.

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.