У соседей

22.04.2019

Сергей  Середенко
Эстония

Сергей Середенко

Юрист, правозащитник

Нацизм становится нормой в Эстонии

Нацизм становится нормой в Эстонии
  • Участники дискуссии:

    6
    27
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад


В Эстонии 3 марта прошли парламентские выборы, и большинство наблюдателей полагало, что будущую коалицию составят победители — Реформистская и Центристская партии. Однако в реальности произошло то, чего не предсказывал никто: переговоры о создании коалиции ведут Центристская партия, Isamaa («Отечество») и Консервативная народная партия (EKRE).

Происходит невероятное: партия, считавшаяся выразителем интересов русского меньшинства, собирается формировать правительство с партией эстонских национал-радикалов Isamaa и партией откровенных нацистов EKRE.

Ведут переговоры партии неспешно, потому что с оглашением результатов выборов возникла заминка — в Государственный суд поступили 22 жалобы на решения Республиканской избирательной комиссии. Суд обещает рассмотреть их не ранее 28 марта.

До тех пор лидер центристов Юри Ратас выступает как действующий премьер-министр. Далее правительство должно объявить о своей отставке, а у президента, согласно конституции, будет две недели для назначения кандидата на пост премьера. У того — еще две недели для подготовки доклада Рийгикогу «об основах формирования будущего правительства». В сумме это дает один месяц, хотя президент может и не выжидать весь отведенный ей срок. Коалиционные переговоры партии планируют закончить к 1 апреля.

Однако президент Керсти Кальюлайд уже официально объявила, что предложение будет сделано лидеру Реформистской партии Кае Каллас, потому что эта партия формально победила на выборах. Хотя в Эстонии конституционный обычай делать предложение о формировании правительства лидеру победившей на выборах партии так до конца и не сложился.
 
Подобная необычная ситуация, по мнению автора, уже привела ко многим последствиям, главное из которых — взрывная, лавинообразная диагностика Консервативной народной партии Эстонии (EKRE) как нацистской партии.
Данная диагностика не имеет никакой научной основы и носит исключительно политический характер, что не отменяет ее результата: отныне EKRE — нацистская партия. При этом показательно, что сама EKRE не только не сопротивляется такому диагнозу, но и идет ему навстречу.

Так, например, «диагноз» от члена Европарламента Яны Тоом последовал при следующих обстоятельствах:

«Я выходила из дома Стенбока (правительственная резиденция — прим. RuBaltic.Ru), и там стояло семейство Хельме. Старший Хельме радостно крикнул: "Ну что, тоже скажешь мне в лицо, что мы нацисты?", на что я ответила: "Конечно, вы нацисты"».

А вот мнение секретаря по зарубежным связям Реформистской партии Айрис Мейер после интервью Мартина Хельме Deutsche Welle:

«Мне стыдно. Стыдно за Эстонию и перед своими зарубежными коллегами. Я годами пыталась убедить их в том, что Эстония — не маленькая нацистская страна, какой ее пытается преподнести Кремль. Сейчас же у меня не осталось ни единого аргумента, потому что теперь мы, наверное, все же такой страной и являемся. Или — по крайней мере, в глазах мировой общественности, — движемся в том направлении, чтобы стать маленькой нацистской страной. Ужасно!»


Пикет Эстонской консервативной народной партии (EKRE) / Фото: BaltNews.ee

Эстонская либеральная общественность, которой вроде как положено замечать нацизм первой (не эстонской, а либеральной), прозрела одновременно с политиками, при том, что левых политических сил в Эстонии практически нет — есть только правые и ультраправые.

Бывший ректор, а ныне профессор Таллинского университета Рейн Рауд через неделю после выборов заявил, что Юри Ратас станет первым, кто сформирует правящую коалицию с участием неонацистов. Как представитель академической науки он хотя бы попытался объяснить, почему называет EKRE неонацистами: не потому, что ему не нравятся их партийные лозунги, а потому, что в рядах этой партии слишком много людей, которым нравятся Гитлер и его политика.
 
Такая взрывная и одномоментная диагностика сразу повлекла за собой нормализацию поставленного диагноза, и теперь страна оказалась в новой политической реальности: в Эстонии отныне официально есть нацистская партия.
Такой взрывной характер присущ установочному обществу, которое в Эстонии уже давно… установлено.

Оборотной стороной такого типа общества является феномен, названный эстонскими учеными после «бронзовой ночи» 2007 года «спиралью молчания»: прозрение если и наступает, то только по команде и только одновременно. А до команды проблема замалчивается и игнорируется.


Беспорядки произошли в Таллине в конце апреля 2007 года, когда правительство решило перенести памятник «Бронзовый солдат» на Военное кладбище / Фото: Scanpix/Reuters / rus.err.ee

В качестве примера можно привести наблюдение из исследования «Преследование правозащитников в Прибалтике»: прибалтийские спецслужбы, которым вменено в обязанность в том числе приглядывать за радикалами, сосредоточены исключительно на преследовании русских правозащитников (а в Литве и литовских), а вот «правый радикализм» в соответствующих ежегодниках укладывается в одну строчку: либо просто не существует, либо опасности не представляет. Из всех возможных нацистов в Эстонии, например, по имени за все годы был назван только один… финн Ристо Тейнонен.

Нормализация диагноза EKRE = нацисты приводит, однако, к крайне неприятному выводу, что одновременно с нормализацией этого диагноза в Эстонии нормализуется и сам нацизм.
 

Потому что законным путем с EKRE ничего сделать нельзя: нацистские партии в Эстонии не запрещены, и к тому же ликвидировать партию в Эстонии может только Государственный суд по представлению правительства, в котором, вполне возможно, EKRE скоро будет играть вторую скрипку. Формально вторую.
 

Именно это обстоятельство останавливало автора от научной диагностики EKRE и Isamaa как нацистских партий. Четыре года назад автор провел примерную позитивную диагностику украинского ВО «Свобода» как нацистской партии, ставя перед собой исключительно академическую, а не политическую задачу.

Политически диагностировать партию как нацистскую целесообразно только в том случае, если существует механизм ее ликвидации, причем реальный, а не притворный. Если же такого механизма нет, то прежде всего следует озаботиться его созданием: что толку орать в морду гиене, что она гиена, если у тебя в руках ничего нет? И к тому же гиена не одна — их целая стая. Разорвут, и поминай как звали.

Именно поэтому автором, составлявшим проект программы Левой партии к парламентским выборам, отдельно предлагался пункт законодательного запрета нацистских партий в Эстонии.


Факельное шествие националистов в Таллине / Фото: ee.sputniknews.ru

Однако столь резкое и всеобщее прозрение подталкивает к тому, чтобы провести хотя бы эрзац-диагностику с академических позиций по основным маркерам.

Агрессивный национализм

Этой болезнью больны не только EKRE и Isamaa, но и все политические партии Эстонии, все общество. Ибо агрессивный национализм закреплен в конституции в виде главной задачи государства — «сохранения эстонской национальности на века». И ни одна партия эту задачу не оспаривает.

 Палингенезис

Эстонский палингенезис обладает целым рядом специфических черт, главная из которых — девиация центрального нацистского мифа: легенда о Фениксе (возрождение через смерть) заменена на сказку о спящей царевне (пробуждение после летаргического сна).

В «научное» обоснование эстонского и — шире — прибалтийского палингенезиса положены теории «оккупации», «правовой преемственности» и «непризнания».

И, опять-таки, ни одна из партий их не оспаривает.

Революционность.

Здесь EKRE и Isamaa отличаются, потому что Isamaa была мотором «поющей контрреволюции» начала 1990-х, перехватив власть у «Народного фронта», а EKRE ставит перед собой революционные задачи сейчас, стремясь покончить с криптофашизмом в исполнении Isamaa.
 
Революция от EKRE — установление в стране нацистского режима.
На такую цель указывают два обстоятельства. Первое — стратегическая пассивность EKRE в отношении обвинений в нацизме и тем самым уже указанная нормализация нацизма в стране. Второе — стремление к единовластию.

«Я убежден, что на следующих выборах мы добьемся гораздо более мощного результата. Мы не скрываем этого. Наша цель — в один прекрасный день создать однопартийное правительство. Правительство нашей партии. Мы добьемся этого», — сказал Март Хельме в интервью Õhtuleht.

Lebensraum (жизненное пространство)

Формально территориальные претензии к России поддерживают все эстонские партии, поскольку (уникальный случай!) государственная граница Эстонии конституционно закреплена ссылкой на Юрьевский (Тартуский) мирный договор 1922 года. Под внешним нажимом со стороны ЕС были подписаны договоры о морской и сухопутной границах с Россией, однако они до сих пор не ратифицированы. После выборов EKRE выступила с требованием возврата «оккупированных территорий».

 Популизм

Кая Каллас так сформулировала отказ реформистов вступать в коалицию с EKRE:

«Причина в ценностях, в расшатывании основ правового государства, подвергании сомнению сотрудничества с союзниками, но также и в том, что политики EKRE в течение нескольких лет среди прочего наделяли живущих здесь русскоязычных людей чрезвычайно неприятными эпитетами. И, наконец, причина еще и в том, что предложенная ими программа — совершенная утопия».

☞ Вождизм

Партией формально и фактически руководят отец и сын Март и Мартин Хельме.


Митинг EKRE против Глобального договора ООН о миграции / Фото: err.ee

Проведенный эрзац-анализ показывает, что диагноз EKRE = нацисты продиктован, прежде всего, выходом EKRE за рамки уютного и привычного для эстонцев криптофашизма, заявленной целью монополии на власть и осложнениями с «зарубежными коллегами», перед которыми «стыдно». Ну и, разумеется, реальным страхом того, что государственные финансы будут пущены по ветру. В остальном EKRE от других эстонских партий не отличается.

Что касается задачи единовластия, то попытка достичь его может быть предпринята в ближайшем будущем в том случае, если в Эстонии пройдут внеочередные выборы. Для ультраправых они явно имеют смысл, ибо центристы, распоряжаясь столь безответственно доверенным им мандатом, смогли значительно пошатнуть веру в себя у русскоязычного избирателя.
 
Привести ситуацию к внеочередным выборам очень просто — достаточно не утверждать кандидатуру премьер-министра. Договориться с центристами — и кинуть их.
Представляется, что мандатов десять на внеочередных выборах центристы могут потерять. В связи с чем есть смысл следить за сигналами: если вдруг где-то появятся результаты опроса на тему «Если бы выборы были завтра, то за кого бы вы проголосовали?», то, значит, кому-то это интересно… Пока же появились только результаты опроса о том, какую коалицию предпочли бы избиратели.

И последнее. Все сказанное выше строилось на предположении, что Эстония — суверенная страна. Но это далеко не так — взять хотя бы тот факт, что свое намерение сделать предложение сформировать правительство Кае Каллас президент Кальюлайд озвучила, находясь с визитом в Нью-Йорке.
 

EKRE — партия, которая реально ставит перед собой и страной задачу «сорваться с поводка», что в конкретике означает выход из ЕС и НАТО. И понятно, что эти задачи не симпатичны ни Вашингтону, ни Брюсселю.
 

Механизмы влияния американцев на эстонскую политическую элиту не так очевидны, как на Украине, и о многом можно только догадываться, но недавнее осуждение со стороны посольства США в Таллине инцидента с главным раввином Эстонии Шмуэлем Котом и последовавшая за этим кампания Kõigi Eesti (на русском они подают себя как «Общая Эстония»), за несколько дней набравшая больше 25 тысяч подписчиков в Facebook, очень напоминают сценарий «цветных революций».

В связи с чем возникает вполне академический вопрос: а возможен ли вообще самородный нацизм в несуверенной стране? Здесь интересно даже не столько вполне естественное стремление самородного нацизма «сорваться с поводка», сколько методы «управленцев», регулирующих клапан между отметками «показная демократия», «криптофашизм» и «нацизм». Равно как и вопрос ответственности «управленцев» в случае, если (когда) система пойдет вразнос.
 


Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Владимир  Симиндей
Россия

Владимир Симиндей

Историк

ПРИБАЛТИКА-1939: ПАКТЫ С ГИТЛЕРОМ

Сергей  Середенко
Эстония

Сергей Середенко

Юрист, правозащитник

Роль охранной полиции Эстонии в становлении власти нацистов

Как эстонская охранка нацистов проспала

Александр Гапоненко
Латвия

Александр Гапоненко

Доктор экономических наук

Прогноз роста «коричневых» угроз в Европе для России

Александр Васнецов
Россия

Александр Васнецов

Фрилансер

Среди эстонцев есть те, кто понимают, что делить простым людям нечего

Без вины виноватый

Он, наверное, хорошо засыпает под эту сказочку)

Остаться нельзя вернуться

Ничего, я ждала, и Вы подождете. Да-да, личное мнение, придуманное собственным мозгом. И тут же - "вот я прочитал того-то и теперь думаю так", хоть бы не палились так тогда уж. И я

К чему приведет война флагов в Беларуси

Не слепой, даже не глухой. Послушал инагурационную речь Лукашенко и понял – самый главный националист у нас он. А чтобы найти националистов в многотысячной массе на улицах Минска,

Латвия обещает IT-специалистам из Белоруссии «пряники», а о «кнутах» молчит

Замазывание действительно выглядит дебильно. Но кое где таблички просто поменяли на другие.

Как Юра Дудь сгонял в Польшу врагов своей Родины рекламировать

А вас или ваше государство кто хоть раз за 300 лет спрашивал, когда делил , продавала , менял и тд? Вы такие забавные в своём комплексе неполноценности как государство.

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.