Политика

22.11.2018

Юрий Глушаков
Беларусь

Юрий Глушаков

Историк, журналист

«Cтрана доверилась фашисту»

Как получилось, что политический ландшафт Бразилии может стать просто катастрофическим

«Cтрана доверилась фашисту»


В октябре президентом этой крупнейшей южноамериканской страны стал ультраправый политик Жаир Болсонару. Уже его первые заявления шокировали многих.

Политический отлив в Рио

О Бразилии в нашем регионе знают, казалось бы, немало. Но визитной карточкой Бразилии для многих стали больше образы «Генералов песчаных карьеров», сентиментальные сериалы и яркие уличные карнавалы. Еще эта экзотическая страна была землей обетованной для наиболее эксцентричных художественных персонажей, вроде Остапа-Марии Бендера. «Ох, Рио-Рио, грохот прилива…» и белые брюки командора — такие ассоциации вызывала у большинства наших людей бразильская тематика.

Сегодня в Бразилии наметился резкий политический отлив. И связано это с появлением на посту президента весьма своеобразного «командора» — Жаира Болсонару. Бывший военный, правый популист в политике и ярый неолиберал в экономике, сторонник союза с США и самых жестких мер в отношении левых сил и правительств Латинской Америки.

До последнего времени на южноамериканском континенте наблюдался заметный левый поворот. Одна Венесуэла чего стоила! В Эквадоре, Уругвае, Боливии, Никарагуа, Аргентине и Бразилии к власти также стали приходить лидеры и партии, настроенные против глобального засилья мировых финансовых элит, на защиту национальных интересов и социальной справедливости.

Конечно, степень решимости в выполнении своей социальной программы у них была разная. А вот противодействие внешних и внутренних сил реализации антиглобалистских намерений — достаточно ожесточенная.




В Бразилии в 2002 году президентом страны был избран кандидат от Партии трудящихся Луис Инасиу Лула да Силва. В сильном социальном радикализме эту лейбористкую партию заподозрить было трудно. И по сути, никакого революционного переворота бывший профсоюзный деятель да Силва не произвел. В отличие, например, от Уго Чавеса в Венесуэле. Более левые оппоненты серьезно критиковали да Силву и его «трудовики» за то, что они продолжили сотрудничество с МВФ и не ограничили крупные корпорации.

Но все же некоторые социальные мероприятия Лула да Силва провел — была приостановлена приватизация, принята программа небольших выплат для нуждающихся «Семейный пакет». За годы правления да Силвы уровень бедности в стране снизился наполовину. Президент был настолько популярен среди простого населения, что в 2006 году его переизбрали на второй срок.




Фидель явно симпатизировал да Силве...

В 2010 году, после двух сроков Лула да Силвы, президентом Бразилии избрали также кандидата от Партии трудящихся — Дилму Русеф. Дочь болгарского коммуниста, в годы военной диктатуры Дилма участвовала в «городской герилье». В 1970 году она была арестована, подвергалась пыткам. Дилма Русеф стала первой женщиной-президентом в истории Бразилии. В 2014 году она была вновь переизбрана на пост президента республики.

Все это вызвало крайнее беспокойство определенных кругов. И последовали ответные меры. В 2014 году Лула да Силва был обвинен в коррупции, а затем — приговорен к 12 годам тюремного заключения. В 2016 году либеральная оппозиция в парламенте организовала импичмент Дилме Русеф — также по обвинению в коррупции.


«При военных такого не было…»

Осенью 2018 года в Бразилии состоялись новые президентские выборы. Несмотря на большое количество кандидатов, основная борьба грозила развернуться между кандидатами от Партии трудящихся Лула да Силвой и выдвиженцем Социал-либеральной партии Жаиром Болсонару.

Социологические опросы показывали, что да Силва лидировал среди избирателей с огромным отрывом — с рейтингом в 30—39 процентов. Его ближайший конкурент от Социал-либеральной партии Жаир Болсонару в июне 2018 года имел поддержку только 13 процентов избирателей. При этом накануне выборов Лула да Силва был помещен в тюрьму города Куритиба. Но руководство ПТ обратилась с просьбой в Верховный электоральный суд Бразилии зарегистрировать да Силву в качестве кандидата. Теоретически это было возможно. Однако суд отказал предоставить да Силве шанс, и самый сильный кандидат был выведен из борьбы. Тогда от социалистов был выдвинут в президенты Фернанду Аддад.

Что касается Социал-либеральной партии, то на сегодняшний день ее название не соответствует содержанию. Ранее она действительно стояла на позициях противоречивого сочетания экономической либерализации с социальной защищенностью. Но после того как социал-либералов неожиданно возглавил Жаир Болсонару, партия приобрела откровенно правопопулистский характер.




Болсонару в годы военной диктатуры был офицером-десантником. Вскоре после ее падения, когда привилегированное материальное положение военных ухудшилось, решил стать профессиональным политиком. Сменил множество партий, демонстрируя полную беспринципность — от левой Бразильской рабочей партии до консервативных христианских демократов.
 

На выборы Болсонару шел с лозунгом «Бразилия превыше всего», которые многие сочли калькой с нацистского «Дойчланд юбер аллес». Выдвигая радикальную неолиберальную программу в экономике, Жаир Болсонару маскировал ее щедрой популистской риторикой. Кандидат от Социал-либеральной партии выступал также против равенства женщин, однополых браков и расовой и национальной терпимости. Одним из ключевых пунктов в его предвыборной программе была свободная торговля оружием — и это в стране, и так перенасыщенной легальными и нелегальными стволами. Однако именно поголовное вооружение граждан, а не уничтожение экономических причин преступности, Болсонару хотел противопоставить росту криминала.

При этом ультраправый кандидат высказывался и против аграрной реформы, начатой ранее. Дело в том, что в Бразилии до сих пор сохранилось крупное помещичье землевладение. Движение крестьян и прогрессивные силы добились постепенного наделения крестьян землей. Естественно, это вызвало бурную реакцию латифундистов. Болсонару намерен остановить земельную реформу.

Также крайне правые собираются разрешить вырубку уникальных лесов Амазонии — для расширения владений тех же крупных земельных собственников и корпораций. Сегодня разработка бассейна Амазонки затруднена рядом условий. Например, нельзя вырубать леса, если на данной территории проживает хотя бы один из представителей реликтовых индейских племен, почти не имеющих контактов с цивилизацией. Банды наемников ведут охоту и истребляют индейцев, чтобы латифундисты и корпорации смогли заняться коммерческим освоением сельвы.

Таким образом первозданной природе, легким планеты на берегах крупнейшей реки мира грозит уничтожение.




Само собой, что для реализации этих планов транснациональных кампаний потребуется жесткая власть. Поэтому Болсонару не скрывает своих симпатий к прошлому военному режиму в Бразилии. И спекулирует на тяге определенной части общества к твердому порядку и ностальгии типа: «При военных такого не было».
 

Болсонару откровенно оправдывает пытки и казни, которые проводились во время военной диктатуры. И более того, он заявлял, что казнить надо было больше. Именно такую участь он обещал своим политическим противникам в случае своего прихода к власти. Говорят о 30 тысячах левых, демократических и профсоюзных активистов, уже внесенных в проскрипционные списки.


Антисистемный кандидат из истеблишмента

И вот при такой избирательной риторике кандидат от Социал-либеральной партии получает в первом туре — более 46 процентов голосов, а кандидат от Партии трудящихся стал вторым с 29 процентами.

Характерно, что на 3-м и 4-м месте были также номинально левые кандидаты. Теоретически существовала возможность передачи голосов их электората, в совокупности — 17 процентов, вышедшему во 2-й тур левому кандидату Фернанду Аддаду. Однако чуда не произошло. Во 2-м туре ультраправый кандидат Жаир Болсонару становится победителем, набрав более 55 голосов. Социалист Аддад поздравил его с победой.

Как это стало возможно? Активист бразильского профсоюзного движения Лучо рассказал нам, что еще до начала избирательной кампании по Бразилии прокатилась волна убийств и нападений. Их жертвами становились чернокожие бразильцы, представители различных меньшинств, профсоюзные активисты. Сама президентская кампания также сопровождалась многочисленными актами насилия со стороны банд, поддерживающих Болсонару. В одном из городов на северо-западе Бразилии молодой человек был убит только за то, что агитировал за кандидата Партии трудящихся.

По этим причинам, а также вследствие разочарования в политике Партии трудящихся и вообще всех политических партий, явка избирателей была весьма низкой — на участки для голосования явилось только 30 процентов зарегистрированных в списках.
 

Александр Кратковский, белорусский специалист, работавший в Бразилии незадолго до этого, говорит:

— Один из ключевых факторов победы Болсонару — это падение доверия ко всем политическим партиям и львиной доле политических институтов Бразилии. В громких коррупционных скандалах последних лет оказались замешаны как правые, так и левые политические партии. Хотя социалисты — в меньшей степени, несмотря на всю истерию против них в СМИ. Об этом хотя бы говорит простое перечисление политиков, привлекаемых в последнее время к ответственности за коррупцию. В этих условиях Болсонару смог позиционировать себя как антисистемного, «народного» кандидата. Хотя он, конечно же, является частью истеблишмента и всегда ей был.

При этом страна продолжает переживать экономический кризис, что вызывает резкое недовольство избирателей. Еще одним существенным фактором стал вопрос реформ, от которых очевидно пострадают неимущие слои и рабочие, но в перспективе выиграют крупные корпорации и инвесторы. Многие мелкие предприниматели также выступили в поддержку Болсонару. И не стоит сбрасывать со счетов апелляции крайне правого кандидата к традиционным ценностям — Бразилия все еще остается в значительной мере религиозной и консервативной страной, особенно подобные настроения сильны в сельской местности и небольших городах. В таких же крупных центрах, как Сан-Паулу и Рио-де-Жанейро ситуация с преступностью и безработицей весьма обострена. И вину на это многие возлагают на «старых политиков».


«Вацап» против БРИКС?

Есть и дополнительные толкования происшедшему на выборах. Группа интернет-активистов «АВАЗ» распространила в сети обращение «Печальные тропики Бразилии». В ней они констатируют, что еще полгода назад за Болсонару почти никто не хотел голосовать. И утверждают:
 

«Глава «Фейсбука» Цукерберг не вмешался, когда богатые компании незаконно тратили миллионы на то, чтобы наводнить его платформу ложными новостями и разжигающей ненависть риторикой — и другая страна в итоге доверилась фашисту. Цукерберг мог остановить это на ранней стадии и оповестить пользователей. Но не сделал это. Теперь нам необходимо использовать сложившуюся ситуацию и заставить «Фейсбук» признать свою ответственность за распространение на платформе ложных новостей и разжигание ненависти, а также положить этому конец, пока личности, подобные новому президенту Бразилии, не получили контроль над демократией и нашим будущим».

В связи с этим активисты собирают электронные подписи под требованием к «Фейсбуку» немедленно создать защиту от дезинформации для пользователей и поставить на WatsApp фильтры ложных новостей. В заявлении также утверждается, что этот мессенджер — «рай для фейковых новостей, платформа полностью зашифрована и никто не знает, что там происходит».




Помимо того, что политический ландшафт в самой Бразилии может стать весьма суровым, а возможно — и просто катастрофическим, серьезные перемены могут последовать и во внешней политике. И вызвать как минимум потрясения континентального масштаба.

Болсонару откровенно позиционировал себя как фаната президента США Дональда Трампа и его внешнеполитического курса. В связи с этим он уже заявил о возможном участии Бразилии в военной интервенции в непослушную Вашингтону Венесуэлу.

Что касается экономического объединения БРИКС, в котором Бразилия играет столь существенную роль и которое многими виделась как средство достижения «многополярного мира» в области экономики, то теперь здесь все также становится достаточно неопределенным.

Среди оппозиционных политических сил Бразилии сегодня нет единства по поводу их дальнейших действий. Многочисленные левые партии и организации достаточно разобщены, чтобы создать единый фронт борьбы против возможной диктатуры. В то время как Партия трудящихся собирает на постоянные митинги у тюрьмы в Куритибе, где сидит Лула, тысячи людей, другие воздерживаются от участия в подобных акциях. Для многих более догматично настроенных активистов Лула — «соглашатель, проводивший политику сотрудничества с империализмом».

Как будут развиваться события дальше, во многом зависит от того, смогут ли противостоящие новому репрессивному режиму силы добиться согласия и единства своих действий.
   
Подписаться на RSS рассылку

Еще по теме

Вадим Елфимов
Беларусь

Вадим Елфимов

Политолог, кандидат исторических наук

Ой, мама, Шикотан отдам?

Лучше нынче, чем никогда

Виктор Мараховский
Россия

Виктор Мараховский

Главный редактор онлайн-журнала «На Линии»

Да, это катастрофа

Великобритания отбросила Россию в прошлый век

Александр Шпаковский
Беларусь

Александр Шпаковский

Политолог, юрист

Кризис формата

Почему не заканчивается война в Донбассе

Борис Марцинкевич
Латвия

Борис Марцинкевич

Главный редактор аналитического журнала «Геоэнергетика.ru»

«Вторая холодная»: основы противостояния

Дискуссия

  • Участники дискуссии:

    28
    292
  • Последняя реплика: