ИСТОРИИ РИЖАН

23.01.2022

Ольга  Шапаровская
Латвия

Ольга Шапаровская

Философ, косметолог

«И все-таки она вертится!»

По-пластунски

«И все-таки она вертится!»
  • Участники дискуссии:

    6
    8
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

Похоже, я все еще падка на комплименты. 
Из головы нейдет комментарий к описанию моего ночного приключения, в котором я приготовилась сразиться с воображаемым грабителем, якобы проникшим в мою квартиру, и принять, возможно, свой «последний и решительный бой». 
Видимо, я так детально отобразила свое акробатически-горизонтальное перемещение по полу в темноте, что восхитила саму Светлану Дорошенко, известную в Фейсбуке как Дора До. Она написала: «На животе? По пластунски? С феном в руке?! Оля, вы мой Герой!»
Дорогая До До, отвечаю на Ваш лестный отклик своим.
«Вы помните, Вы всё, конечно, помните...»
Несколько лет назад мы познакомились прямо у меня дома. По заданию журнала «Лилит», ко мне впорхнула очаровательная женщина вместе с фотокором, чтобы поговорить на гардеробную тему. Легкость в общении я почувствовала с первой же минуты. До самого вечера мы не только судачили и пили кофе — всё это время я еще и переодевалась, на ходу придумывая, что бы с чем посочетать, а фотограф фиксировала смену «образов». Фишка будущей публикации заключалась в том, что и в невеселом, дескать, возрасте можно выглядеть весёленько. Вот я и раздухарилась, оттянулась тогда по полной, подбадриваемая моими обеими зрительницами. В «Лилите» появилось интервью с фотки, кажется, лучшими в моей жизни. 



Больше мы не встречались, к сожалению. До До — неутомимая путешественница, «нынче здесь, завтра там», но мы часто пересекаемся в интернете. И вот пожалуйста, не успев окончательно состариться, снова стала ее «героем» и не просто, а с большой буквы, поэтому решила дать очередное интервью. На сей раз непрошенное, в виде своей спортивной биографии, объясняющей способность все еще ползать и да, по-пластунски, на животе, с «оружием» в руке. 
Альбом напоминает
Всё начиналось с танцев, когда еще и говорить-то не очень умела, но ручками-ножками уже кокетливо шевелила. 



Когда чуть подросла, заимела первые коньки-снегурки. 


А когда еще подросла, докаталась до того, что на соревнованиях по фигурному катанию кого-то победила.


Потом увлеклась горными лыжами.
Лучше гор могут быть только горы ...Домбая
Ах, незабываемый Домбай, где снег не тает на солнце, и можно носиться по склонам в одном купальнике, не замерзая! 


Доводилось бывать и в других горнолыжных местах, но везде каталась уже в принятом обмундировании. 

Все равно успела закалиться, и после баньки было привычно постоять на морозце раздетой.



Чем еще отличался Домбай от всех зарубежных и более комфортных курортов, так это общением,  литературно-поэтическими вечерами у костра и ночным куражом с танцами до утра в баре гостиницы. Компанию нам составлял писатель Юлиан Семенов. Имя автора «Семнадцать мгновений весны» гремело на всю страну, а для нас, домбайских завсегдатаев, он был просто Юлька. Бар всегда был набит до отказа ночными весельчаками, поэтому из-за бешеного спроса столик нужно было заказывать заранее, что удавалось нашему соотечественнику Гунару Кирсону, он бронировал лучший и, похоже, на весь сезон. Тогда еще никто не знал, что этот гусарствующий джентльмен — будущий основатель сети ресторанов «Лидо». 

Вспоминаю случай всё в том же увеселительном барчике. Уже за полночь, горячительное ко всеобщему негодованию закончилось. Вдруг некий генацвале с криком  «да щас будет!» стал швырять стольники на барную стойку с требованием подать шампанское. Ничего однако не вышло – нет, значит нет ни за какие деньги. Но вот из-за стола поднялся наблюдавший за шумовыми эфектами Кирсон, подошел к бармену и через пяток минут вернулся с зажатыми подмышкой вожделенными бутылями. Поставил на стол молча, зато громогласно ликовала вся наша компашка, торжествуя победу над посрамленным показушником. А уж как я возгордилась земляком, он и на склонах выделялся, как один из самых крутых покорителей «черных трасс» Домбая.

Мастер-класс от недотепы

В горнолыжной Андорре пришлось, как ни странно, вспомнить о коньках. Хотя с состязательным фигурным катанием было покончено, продолжала иногда бывать на катке и колесить, как все, в рядочек. Но именно здесь, в Андорре угораздило показать мастер-класс. 
Подустав от ежедневных ранних выходов к подъемнику и шестичасовых полетов по склонам, решила на денек сменить обстановку. Узнав, что в городе есть общественный каток, рванула за забытым удовольствием. Ох инахлебалсь же я, пока попала на лед – то не туда вошла, не тому предъявила билет, не там положила куртку. Оказавшись в раздевалке, и вовсе растерялась от насмешек двух парней-служащих, говоривших только по-испански. Я и правда не знала, что надо было приобрести какой-то жетончик, сунуть его в какую-то ячейку под каким-то номером, чтобы открыть свой шкафчик. Наконец переоделась, натянула прокатные ботинки с коньками и двинулась, было, к ледовому полю, но тут же оказалась в тисках этих насмешливых парней, приставивших ко мне какие-то согнутые шланги, типа нудлов для бассейна. Не понимала, что происходит, ужасно разнервничалась, чуть не разревелась, но добравшись в таком сопровождении до льда, отпихнула их вместе со «шлангами» и покатила. Успела только боковым зрением заметить разинутые рты своих «проводников». Оказывается, в их обязанности входила страховка начинающих, впервые вставших на коньки. Не говоря уж о дремучей тетеньке, не знающей даже, как шкафчик открыть. Вот они и старались уберечь ее от падений с помощью своих приспособлений. 

С каким же мстительным удовольствием я помахала им ручкой! На лету вспомнила все свои «ласточки», пируэты, прыжки. Получилось нечто, похожее на мастер-класс для зрителей  – немногие посетители расступились, прислонившись к бортикам, мои телохранители визжали, свистели и хлопали, остальной персонал, высыпав на шум, тоже аплодировал. Прощалась с катком под включенную для меня «Калинку-малинку», мой шкафчик парни услужливо открыли и проводили до самого выхода с уже понятными словами, типа «вау, супер».
«Были когда-то и мы рысаками»

В одном из горных вояжей я пристрастилась к верховой езде — в милейшем карачаево-черкесском городке Теберда, всего в 20-ти километрах от Домбая. Пристрастилась не сразу, конечно. Первой попытке поспособствовали инструктора, горячие карачаеские парни, с трудом взгромоздившие меня на лошадь, а потом с хохотом и гиканьем скакали рядом, гнали ее так, что я едва удержалась в седле, умирая от ужаса. Назавтра еле ходила из-за ссадин и водянок на внутренней стороне бедер. Но я же азартная, поэтому еще не раз приезжала на ферму, научилась управлять лошадкой и носилась уже с удовольствием. В последний день перед отъездом меня даже почествовали как успешную наездницу и в знак особого уважения обрядили в кавказскую бурку и папаху. 


Полюбила лошадей и так увлеклась конным спортом, что, вернувшись в Ригу, решила отточить мастерство наездницы, отыскав место проката лошадей. Но я не из везучих, и вот что из этого вышло. 
Прошла предварительное собеседование об умении держать вожжи, подобрали спокойного коня по имени Свет и убедились – взбираюсь на него шустро. На мои опасения, что местность незнакомая и могу заплутать, успокоили: конь сам знает и маршрут и время  возвращения в стойло. Так и было – послушный Свет покатал меня по всей округе, и мы уже заканчивали прогулку. Перед самым стойлом вижу ... Свет направляется туда, не собираясь останавливаться. Осенило, что высота арки-входа – равна росту коня, а я-то сижу верхом, спрыгнуть уже не успеваю и вот-вот врежусь в стену, оказвшись всадником не только без головы, но и без туловища. Пригнулась, впилась в Светову шею, ощутив треск рвущейся об арку одежды и жуткую боль. Короче, рваный свитер слез со спины вместе со шкурой. Раны заживали долго, и возвращаться к конным забавам больше не решилась. Хотя лошадей не разлюбила, и до сих пор помню их бархатные, теплые на ощупь губы. 


Со мной такое бывает – любой несчастный случай оседает в голове, порождая что-то похожее на фобию. Например, после давней тяжелой авто аварии не удалось преодолеть боязнь дорожной скорости и напряг даже на пешеходном переходе. Пыталась справиться, закончила автошколу, научилась водить, легко сдала на права, всю жизнь продлевала их, но сама за руль так никогда и не села, назначив себе приговор – рожденный трусом рулить не сможет! Единственный транспорт, которым уверенно управляла, были ходунки моей дочки.


А, да – могу пошустрить на велосипеде и сегвее, но только на пляже в Юрмале, где никаких автомобилей. Давненько не надевала роликовые коньки, а ведь, бывало, так лихо шпарила по тротуарам, что однажды мои прокаты вокруг театра «Дайлес» засняли для «Шок-шоу» Натальи Аболы.  
Спортзал тоже в разные годы не забывала.



Дорогая Дора До!

Это Вы своим лестным в мой адрес удивлением вдохновили на пространное «интервью». Не стану утверждать, что осень жизни радует, тем более, что и «зима катит в глаза». Но была же, была физподготовка, которая объясняет мою нынешнюю способность все еще ползать. И да, по-пластунски, на животе, с оружием-феном в руке! 
Впрочем, настоящее оружие мне тоже довелось подержать ... на границе Израиля и Иордании во время чудесного отпускного путешествия.


Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Сергей Васильев
Латвия

Сергей Васильев

Бизнесмен, кризисный управляющий

Не было бы Ленина - не было бы и Латвии...

Елена Фрумина-Ситникова
Канада

Елена Фрумина-Ситникова

Театровед

ИТОГ ПРОЖИТОЙ ЖИЗНИ

Не своей...

Марк Козыренко
Латвия

Марк Козыренко

Мебельщик

Волки себе другие ягоды найдут!

Понемногу о разном

Александр Филей
Латвия

Александр Филей

Латвийский русский филолог

Герои Великой Победы. Личные истории

Как Прибалтика жила после войны

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.