Дружба народов

29.12.2015

Игорь Марзалюк
Беларусь

Игорь Марзалюк

Доктор исторических наук, политик

Евросоюз не может быть альтернативой для Беларуси

Я не верю!

  • Участники дискуссии:

    36
    169
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

 
Окончание. Начало — здесь

 
— Я ваши книжки прочитал. Скажу, что вы единственный, кто реально сделал тему идентичности русинов, Руси одной из центральных в своем исследовании, поэтому лучшего специалиста по «русскому миру» в Беларуси, наверное, не найти. А как вы его, «русский мир», представляете сейчас? Стоит ли эту конструкцию использовать? Есть ли он на самом деле? Если есть, то в каких формах он существует — политических, религиозных, или, может, каких других?
 
— Существует, во-первых, в религиозных и культурных формах. Православная идентичность. Но понимаете, ни один из тех критериев, который вполне может быть приемлем в отношении собственно великорусской (читай — российской) идентичности, не сработает в отношении Беларуси. Тот же Гайдукевич-младший. Его мать католичка. Он говорит: «Так что мне, отречься от матери?» Мы — страна на разломе, но страна, которая парадоксальным образом, вопреки всем пророчествам Хангтингтона, этот разлом не увеличивает, а наоборот, минимизирует.
 
У нас католики не такие, как, например, в Польше. Плюс мы с XIV века жили в государстве, где было всегда по крайней мере две религии, сначала — язычество и православие, а потом — католичество и православие. Потом добавились протестантизм, иудаизм.
 
Православная матрица, безусловно, очень важна. Византийская культура в белорусском дискурсе важнее. Белорусскую литературу, в том числе высокую, невозможно представить вне дискурса высокой русской литературы.
 
Я понимаю, какие страшные вещи говорю для старых белорусских националистов, но все те «господа аверьяновы» не услышат все равно. Белорусского поэта Владимира Жилку, — кстати, моего дальнего-дальнего родственника по отцу, — невозможно представить без Блока. Как можно представить белорусскую литературную, художественную традицию без той традиции, которая на нее объективно влияла через образование в университетах, в российских в первую очередь. Все это было. И все это накладывает отпечаток.
 
Мы не западные европейцы. Мы никогда не были западными европейцами. Мы восточные европейцы. Так как и они, на самом деле. Мир чувств, эмоций, понимание того, что такое хорошо, что такое плохо, у нас если не идентичны, то удивительно близки.
 
Кстати, я очень органично себя чувствую в Сербии, Греции. Такое впечатление, что я дома. Дело в том, что белорус существует в этом уже восточнославянском мире.
 
Все мы когда-то были Русью. На сегодняшний день это русская идентичность. Это никогда не отбрасывалось апостолом нашего возрождения Богдановичем, который говорил о существовании трех русских, но самостоятельных народов — белорусов, украинцев и великороссов.
 
Понимание общей колыбели, понимание того, что мой брат — это все-таки не я, что он немного отличается эмоциями, размышлениями, возможностями, размерами своего «бунгало». Это просто надо уважать.

 

Беларусь в этом случае объективно последние 20 лет и позиционирует себя, и является центром восточнославянской идентичности. Мы сохраняем эти смыслы.

 
 
Особенно последние 20 лет, когда к власти пришел Лукашенко, что бы ни говорили все эти «швондеры», «новодумские», «пришибеевы»...
 
Пусть они оглянутся вокруг и посмотрят.
 
Если уж говорить о тлетворном влиянии Запада и в прямом, и в ироническом смысле, мы не пошли на животные, зоологические реформы, которые нам предложили. Народ белорусский их не допустил, выбрав другого президента, который апеллирует к базовым, фундаментальным ценностям, которые исходят из восточнославянской, советской матрицы, до этого времени общей для русских, белорусов и украинцев. И мы эту матрицу сохранили, а они ее разрушили, и только в последнее время начали восстанавливать, намного позже нас.
 
Белорусские власти ни до Лукашенко, ни тем более во времена Лукашенко ни разу не нарушили ни одного соглашения в отношении России. Мы всегда себя вели как партнеры, как союзники. Боль русского для нас всегда была нашей болью.
 
Но этот имперский синдром, это хамство (кстати, я ничего не имею против империи), нежелание слышать голос соседа, тем более соседа-белоруса, который никогда не обманул... Когда начинают плевать в лицо такие хамы, хочется чтобы существовал запрет на профессию.
 
Опять же, я не отождествляю это с позицией власти, Кремля, политических элит. Там много умных, толковых, ясных людей. У меня много друзей в Москве, Санкт-Петербурге в интеллектуальных кругах, среди историков, ученых. Мы можем спорить, но это не тот спор, приводящий к крови и бойне.
 
Понимаете, должен быть запрет на профессию, запрет на то, что разрушает. Такие их выступления разжигают национальную ненависть. Они ничего не создают своим гавканьем на Беларусь, этой подрывной работой против белорусской государственности. Они создают диаметрально противоположное.

Помните, когда началась газовая война, когда Беларуси перекрыли газовую завесу? Только левый команданте Уго Чавес очень существенно помог. И азербайджанский президент дал деньги.
 
Никогда не забуду ту фразу, которая болью резанула мне по сердцу. Кажется, на БТ или ОНТ сказали: «То, что безуспешно делал БНФ с 1989 года, российские средства массовой информации и российская политическая элита сделали за сутки».
 
Нужно понять, что белорусы никогда не сдадут свое государство. Мы хотим жить с русскими в мире. У нас близкие смыслы. Мы не хотим, чтобы у нас был межгосударственный занавес. Мы хотим, чтобы этот удивительный мир Евразии, как и когда-то, принадлежал нам всем. Но лакеями мы ни для кого не будем. По крайней мере, тот, кто хочет сохранить наше уважение, должен с этим считаться.
 
Говоря о нашем «развороте на Запад» — мы просто нормализуем наши взаимоотношения. И хотел бы напомнить всем этим господам «аверьяновым», что очень часто российская политическая элита вела себя крайне неэтично по отношению к Беларуси, которая была вся в санкциях, и были случаи, когда просто надо было поднять голос. Но этого не было. Опять же, мы помним. Еще раз подчеркиваю, я хорошо пойму, что без российских вооруженных сил, без российского ядерного зонтика, без всех тех ОДКБ, в которые мы сами осмысленно вступили…
 
Заметьте, все эти инициативы предложил сам Лукашенко, а теперь его называют националистом номер один. Вспомните эту заказную перед выборами статью «Великое постсоветское княжество» в «Литературной газете». Вот это вопиющее хамство. У Джанни Родари есть такая фраза: передо мной стоит жираф, и если даже на нем написали, что это крот, быть жирафом он от этого не стал.
 
 

Я хочу посоветовать всем этим теоретикам разбираться в собственных идентичностях у себя дома. Белорусский народ давным давно определился, что он белорусский народ.

 
 
В наших учебниках, которые они так поливают грязью и называют националистическими, есть концепт древнерусского государства. Все дети, которые учатся в 5-6 классе, знают, что первая восточнославянская держава была со столицей в Киеве, что существовала Русская Правда — совместный кодекс. Что именно с этого сообщества выделились три самостоятельных народа. И народ, которому они принадлежат.
 
Другое дело, что историческая память не может быть избирательной. Но покажите мне хоть один современный белорусский официальный учебник, выпущенный государственным издательством, рекомендованный Министерством образования, где проповедовалась бы зоологическая ненависть к русским!
 
Другое дело — были военные конфликты между ВКЛ и княжеством Московским. И мы об этом пишем. Но мы не показываем свою историю как перманентную борьбу с «монголо-азиатско-москальским» народом. Мы таких вещей себе не позволяем.
 
Ну, была торговля московскими товарами в Могилеве, я об этом статью написал, ну и белорусскими товарами торговали в Астрахани по сколько-то рублей за штуку. Ну и что? Просто надо спокойно к этому относиться.
 
Нужно понять: единственное, что нас спасет — наш диалог, умение смотреть друг другу в глаза, пить за одним столом чай, и если нужно — помогать друг другу.
 
Хочу еще напомнить хамам, стремящимся сделать Великую Победу только «российской победой». При всех недостатках сталинской национальной политики, именно благодаря тому, что существовал национальный принцип СССР, каждый белорус, украинец, представитель другой национальности, знал, что он борется не только за общую Родину, но и за свою национальную государственность.
 
Посмотрите, какую бурную работу делал Пономаренко, какая проводилась агитация на оккупированной территории, что говорили в партизанских бригадах, что белорусское партизанское движение было не просто советским, а именно белорусским национальным, национально-освободительным партизанским движением... Оно было движением за измученную Родину. А сколько выходило белорусских газет?
 
Да, политические репрессии были. Но концепт геноцида просто смешон. Вместе с тем формирование институционализированных наций в СССР, в том числе и белорусской нации, как раз объективно сделало Вторую мировую войну для абсолютного большинства этих наций Великой Отечественной.
 
Абсолютное большинство людей с оружием в руках объявили верность той советской идее и системе, где мы впервые получили национальную государственность.
 
Идеи же, которые сейчас пропагандируют эти люди, в свое время уже привели Российскую империю к очень печальным последствиям. К ее развалу, который произошел после Первой мировой войны.
 
 

Непонимание того, что дважды нельзя войти в одну и ту же воду, что в случае, если кто-то придет даже в нашу маленькую Беларусь сдирать наши флаги, переписывать нам паспорта, — вызовет национальную партизанскую войну.



О чем в свое время говорил А.Г. Лукашенко. Какими бы близкими ни были родственники, они должны помнить, что в соседский дом надо входить с цветами и по приглашению. Я об этом, и только об этом. Считаю, что мы очень удачный пример того, как надо людей мирить, а не убивать.
 
 
— Ну и последний вопрос — о ситуации с Украиной. Некоторые говорят, что русские с украинцами надолго поссорились. Каким вы видите будущее нашего вот этого, условно говоря, восточнославянского мира, а также того нового союза, который мы строим вместе с армянами, казахами, киргизами?
 
— Украина и Россия — две страны с колоссальным потенциалом: интеллектуальным, культурным, экономическим. Несчастье Украины в том, что она имеет слишком много хороших природных ресурсов. Опять же, несчастье Украины в том, что она в 1991-м, как и Россия, развивалась по накинутым сверху, не своим принципам. Как в России, так и в Украине они привели к олигархату. Эта олигархическая модель ничего общего не имеет с демократией.
 
Только в России пришел Путин и хоть как-то это ограничил. В Украине же каждый новый президент добивал государство. Огромная беда Украины в том, что украинские политически безответственные элиты своими руками по сути аннигилировали государство.
 
Но я глубоко убежден, что будущее Украины, — если она хочет динамично развиваться, — также в рамках славянского треугольника.
 
Несмотря на ту кровавую бойню, которая, будем верить, окончится на Донбассе. Несмотря на ту ненависть, которую продемонстрировали два братских восточнославянских народа, несмотря на все те убийства, которые имели место быть с двух сторон, на военные преступления, несовместимые с человеческой моралью и не имеющие срока давности (сожжение в Одессе — дикость, но другая сторона также может привести примеры дикости)...
 
Думаю, что по меньшей мере через одно поколение начнется нормализация. Но эти раны будут невыносимо печь, ведь сделать из человека врага легко, а вот помириться — гораздо сложнее.
 
Вы же понимаете, что ассоциация с Евросоюзом — это фантик, за которым нет ничего реального. Это объективно, если в Украине к власти придут люди ответственные, а их там очень много.
 
Я не говорю о каких-то людях, которые ненавидят Украину, украинскую нацию. Я глубоко убежден, что придет время нового Богдана Хмельницкого, который, не отдавая ничего, вместе с тем примирится, в том числе, и с соседом.
 
Ведь и Россия не монгольская, НЕ азиатская страна.
 
У нас, у украинцев и у русских значительно больше того, что нас объединяет, чем того, что нас разъединяет. Несмотря на то, что мы, к сожалению, топили в крови друг друга из-за таких вот безумцев, которые всегда были. И вместе с тем мы — очень свободолюбивые народы. Мы никогда не позволим на себе ездить даже самым близким.
 
Поэтому восточнославянский диалог, уважение друг к другу, принятие решений в консенсусе — это наш единственно правильный путь.
 
 

Потому что, по большому счету, с моей субъективной точки зрения, Евразийский проект без Украины — это очень-очень уязвимый проект. Казахстан — важный игрок, но без Украины — это проблема.

 
 
С другой стороны, Украина — колоссальная проблема, головная боль для Европы, которая делает вид, что ее любит. Но никогда украинцы не станут равными всем остальным западным европейцам. Их уже и сейчас боятся в Европе. Их слишком много, они динамичны, мобильны, жизнеспособны, не утратили свою ментальную энергию. Я очень люблю Украину, скажу честно. Очень люблю Киев, Чернигов, украинские Карпаты. Мне, бывает, Львов снится. Я работал в архиве Львовской консистории...
 
Еще колоссальная ответственность лежит на историках — русских, украинских, белорусских. Французы и англичане тоже резали друг друга, и этого никто не выбросил из учебников.
 
Но вместе с тем, кроме войны, всегда еще есть культурное сотрудничество, диалог культур — и всегда можно с гордостью говорить и о тех людях, которые передавали что-то более важное. В этом знаковом ряду белорусам есть чем гордиться. Это и Франциск Скорина, и Петр Мстиславец, и Иван Федор (Федорович), и великий Семен Полоцкий.
 
...Метафора: в Российской империи белорусы были шотландцами, которыми остаются и сегодня. Украинцы — это люди, близкие к ирландскому темпераменту. Это все условно, конечно. Вместе с тем, надо помнить, что после того, как наши земли вошли в состав империи, мы не были просто этнографическим навозом. Среди наших граждан, рожденных на этих улицах, было много людей, которые создавали общее культурное пространство Российской империи.
 
Одного Гашкевича достаточно вспомнить. А кто отливал памятники Богдану Хмельницкому, Тысячелетию России? Микешин. Кем он был? Вопрос даже не риторический.
 
Я думаю, мы сможем жить спокойно, без фанатизма, без выбрасывания, выдергивания каких либо страниц нашей истории.
 
У нас есть пример нашей большой солидарности, когда мы жили все вместе. Это в первую очередь Великая Отечественная война. Топос, героика Великой Отечественной войны... Кстати, поэтому ее так ненавидят те, кто ненавидит любую форму восточнославянской солидарности. А в Беларуси это культ. И это правильно.
 
У кого-то чертовщина от того, что мы реставрируем свои замки, воссоздаем ратуши, восстанавливаем слуцкие пояса. Но это наши элементы самоидентичности. Мы же ничего не имеем против вашей хохломы, вашего Ярославля, вашего Суздаля. Мы восхищаемся этим.
 
 

Нужно избавляться от этого менторства. Надо научиться прислушиваться к другому. Убежден, рано или поздно эти народы подадут друг другу руки, каждый покается в своей части греха. Кровь, которая разлилась, на руках и тех, и других.

 
 
Да, есть зоологические националисты. Но самое главное — кто будет определять внешнюю политику. Умножение ненависти, злобы, крови всегда приводит к расколу. Но когда мы пытаемся искать общие темы, демонстрировать человеческую любовь — это приводит совсем к иному.
 
На самом деле у нас больше общего,чем различий. И объективно, экономика, культура — за диалог трех братских Русей, каждая из которых является самобытным русским народом, если применять терминологию Богдановича. Народом в полном смысле этого слова, со своей культурой, ментальностью, традициями.
 
Так понятен русский мир как Святая Русь, Крещёная Русь. Так понятно Киевское наследие, как наследие Владимира, которое невозможно разделить, так как невозможно разделить Каролингскую империю.
 
Вот эта большая светлая память и наша кооперативная солидарность и стремление понять друг друга, осознать, прочитать, а не бить по голове. Все это обуславливает то, что рано или поздно и Беларусь, и Украина, и Россия вместе с казахами будут противостоять внешним вызовам.
 
Ну и самая большая мечта. Я все-таки думаю, что Евразия рано или поздно станет единым целым.

Самая большая трагедия Украины в том, что она стала тормозом сближения запада и востока Евразии. В течение 20 лет по миллиметру, но Западная и Центральная Европа сближались и с Беларусью, и с Россией. Представляете, какой кошмар для Америки — российские ресурсы и европейские технологии, объединенные в единый экономический кулак?
 
Будем верить, что рано или поздно это станет реальностью.
 

 
Па-беларуску
 
   

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Вячеслав Бондаренко
Беларусь

Вячеслав Бондаренко

Писатель, ведущий 2-го национального телеканала ОНТ

ВРЕМЯ МУДРОСТИ

На наших глазах творится История, и не только церковная

Алексей Дзермант
Беларусь

Алексей Дзермант

Председатель.BY

Угроза из-за Буга

Как остановить Польшу

Юрий Шевцов
Беларусь

Юрий Шевцов

Директор Центра по проблемам европейской интеграции

Мир должен привыкнуть к сильной России

А что ждёт Латвию?

Алексей Дзермант
Беларусь

Алексей Дзермант

Председатель.BY

Старая Европа и новая Евразия

Куда приведёт Евросоюз трансформация миропорядка

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.