СООТЕЧЕСТВЕННИКИ

08.05.2021

Эдуард Говорушко
Соединенные Штаты Америки

Эдуард Говорушко

Журналист

Этюды из моей американской жизни

ВСЕ ТАМ БУДЕМ

Этюды из моей американской жизни
  • Участники дискуссии:

    10
    30
  • Последняя реплика:

    больше месяца назад

Теперь я знаю, что буду похоронен на кладбище Gardens  of Gethsemane (Сады Гефсимании), на холме слева от православной часовенки, которая не так давно возведена здесь хлопотами отца Виктора из храма Богоявления в Розендейле. Если, конечно, закончу свой земной путь в Соединенных штатах, где проживаю сейчас большую часть еще отпущенных мне лет. Насколько мне известно, в православной и нашей народной традиции не принято заранее подбирать себе кладбище и место захоронения. Может потому, что нам представляется, будто, таким образом, да еще и мыслями о смерти мы как бы накликиваем и приближаем свою кончину? Лучше  спрятать голову в песок?

Рациональные американцы думают иначе и при жизни делают все для того, чтобы облегчить потомкам тягостные траурные хлопоты. Наша дочь Юлия, проведшая в Америке большую часть своей сознательной жизни, вполне  разделяет такую позицию своего супруга. А потому мы посетили три кладбища в ближайших окрестностях, чтобы выбрать подходящее место для семейного захоронения. 

Признаюсь, мне как-то было нелегко смириться с суждением ряда философов, будто смерть, это часть жизни. Конец жизни – да, как рождение – ее начало. А тут пришлось задуматься. Согласитесь, так или иначе, отдаем мы себе отчет в том или нет, но смерть – не где-там далеко с косой, а постоянно рядом. Словно следит за нами, выжидает и, воспользовавшись нашей халатностью или легкомыслием, подбирает нужный момент, чтобы нанести роковой удар. Да, может и оплошать, и удар получится не точным, с помощью ангела-хранителя или медиков в этом случае мы выкарабкаемся, но не исключено, однако, что так было и задумано. Поживи, мол, дружок еще, но не забывай, -  я с тобой. Почему одного она осчастливила, а другого забрала сразу, мы никогда не узнаем. Загадка и в том, что слишком рано она забирает лучших для земли и для общества, людей.

Впрочем, ведь раньше,  православные, во всяком случае, сельчане, с некоего возраста, не особо распространяясь, заранее готовились к уходу из жизни. Заветный узелок с одеждой и определенной суммой денег на похороны, это ведь еще и морально-психологическая подготовка к встрече с незваной, но обязательной гостьей. У мамы таких узелков было два: для себя и для отца. Их она заблаговременно показала  не детям, а племяннице Ане.  Отцовский развязали первым.

Мне еще надо было сделать выбор между кремацией и отпеванием тела в храме: православная церковь, как известно, до сих пор кремации не приемлет. Выбор был не легким. Дело тут не только в моем стремлении попасть в рай и воскреснуть при новом пришествии Иисуса Христа, но и, как ни странно, в боязни на земле гореть, как в аду. Как-то до меня еще  не очень-то доходит, что мертвые — боли, как и сраму, не имут.  Но на кремацию решился. С подспудной мыслью – если умру в США, может у близких случится оказия отвезти и захоронить прах в родительской могиле. Мы посетили три кладбища, чтобы выбрать свое. Критерии – красота и ухоженность пейзажа, деревья – непременно,  приемлемая удаленность  от домов и магистралей, обеспечивающая тишину и покой для усопшего  населения. Не последней составляющей являлись, конечно же, и цены квадратного метра жилплощади и новоселья.  

С сознательного детства у меня была возможность задуматься о смерти. Дом наш находился, как сейчас говорят, в шаговой доступности от сельского погоста, обслуживающего две деревни. Периодически туда направлялись похоронные процессии. Но я почему-то очень долго был уверен, что самое плохое может случиться с кем угодно, но только не со мной. Если честно, то и сейчас, на девятом десятке лет, понимая умом неизбежный конец всего живого, в душе я все еще надеюсь как-нибудь выкрутиться. Жизнеутверждающим было и мое первое из всех неопубликованных моих стихотворений. «И кладбище веселое, и девочки идут, и жито зеленеет, и яблони цветут!» 
Первым мы посетили знаменитое бостонское кладбище-парк Маунт-Оберн, основанное 190 лет назад. Красивейшее место. Здесь похоронено много Бостонских и американских знаменитостей. Не буду перечислять, но одного, кумира моего читательского детства назову – Генри Лонгфелло (1807 – 1882). Его «Песнь о Гайваате» была моей любимой книгой, из которой я, собственно, и узнал об Америке, о племенах индейцев, населявших эту территорию до колонизации.  На дым Трубки Мира собирались вожди всех племен. «Шли Чоктосы и Команчи, Шли Шошоны и Омоги, Шли Гуроны и Мэндэны, Делавэры и Могоки. Черноногие и Поны, Оджибвеи и Дакоты». Кто бы сейчас сделал из глины и закурил трубку мира?

Оказывается, на территории этого Некрополя хоронят и сейчас. Красивейшее место, здесь часами можно гулять, любуясь живописными пейзажами и искусными монументами и старыми надгробиями. Но быть здесь захороненными – слишком большая честь, не по Сеньке, как говорят, шапка. Мнение это было  единодушным, подкрепленным еще и впечатляющими ценами.

Впервые у меня мелькнула мысль о возможности собственной смерти в десять лет, да и то косвенно. Как-то балуясь во дворе с Генкой, младшим братом, я,  уворачиваясь от брошенного в меня небольшого топора, пригнулся, и снаряд упал мне на спину. Плашмя.  А, если бы лезвием, да в висок? Не знаю почему, но представился далекий 2000-й год, отстоящий от того памятного дня на пятьдесят лет с лишним. Нет, не доживу, ведь столько топориков и топоров поджидает меня в эти длиннющие, как в детстве казалось, годы и десятилетия! Вот бы удивился тогда, если бы кто-то предположил тогда, что буду еще и в 2021-м!

Второе увиденное нами кладбище не впечатлило никого, хотя по цене было вполне подходящим. Обширная ровная поляна с однообразными рядами однообразных надгробий, два-три дерева, несколько кусточков, да еще и в жилом массиве. Таких много в Америке, они меня донельзя удручают. 

С третьим кладбищем нам просто повезло. Холмистое пространство с большим количеством зелени и даже небольшим прудиком, с камышом и водяными лилиями. На берегу несколько металлических столиков и стульев, можно посидеть, передохнуть, наслаждаясь тишиной и покоем. Захоронены здесь люди разных национальностей и конфессий. Американцы, итальянцы, поляки, греки, евреи, русские… Есть даже латыши и литовцы. А потому памятники разнообразны и более привычны для нашего взора.

Кладбище наше подкупило еще и тем, что  есть там небольшая часовня, которая построена благодаря отцу Виктору из нашей приходской церкви Богоявления в Розендейле. А неподалеку  так называемый  The Orthodox Garden -Православный сад. Здесь и отпевают, и хоронят по православному обычаю с участием священника.

Согласен с Иваном Буниным, что

жизнь, может быть, дается нам единственно для состязания со смертью. Человек даже из-за гроба борется с ней: она отнимает у него имя – он пишет его на кресте, на камне. Она хочет тьмой перекрыть пережитое им, а он пытается одушевить его в слове. 

Смерть периодически, как говорится, пробует нас на зубок. До сорока лет меня она попыталась достать четыре раза, через 16 – 17 лет. То, что я действительно был в шаге от кончины, подтвердили достаточно авторитетные специалисты. В 1943 году – немецкий врач из оккупационной части; в 1958 году – хирург из поликлиники МГУ,   спасший меня в последний момент от гнойного аппендицита; в 1978 году – страховой эксперт. После жуткой автоаварии -лоб в лоб, в которой я потерял сознание от контузии, он удивился, узнав, что в этой донельзя искореженной машине, все остались живы. Наконец, когда в 2017 году я на велосипеде, на скорости 30 миль в час врезался в автомобиль. Пришел в сознание после мгновенной контузии.  Составлявший протокол полицейский, поздравил меня, оправившегося от шока. с благополучным возвращением в этот мир. Четыре сломанных ребра — не такая уж и высокая  уступка многоуважаемой даме с немодной уже ручной косой на плече, которой,  похоже, теперь пользуется только она.

Кстати, сказать, я против вечной жизни, против попыток ученых вывести из моды и саму смерть. Человеки лишь листья на дереве жизни, век их краток: весной появляются, осенью опадают, зато деревья радуют не только нас, но и детей, внуков, а то и правнуков.

А к  1943 –му году позвольте вернуться. В три года, во время немецкой оккупации деревни, я заболел воспалением легких, а потом, еще не выздоровев до конца – сыпным тифом. Близкие уже смирились с неминуемым, даже похоронную рубашечку сшили. Мама припрятала: Бог даст, дескать, доносит.  Немецкий доктор, который откликнулся на зов мамы и рискнул взглянуть на больного, горестно покачал головой: ой, матка, не жилец, дескать, твой киндер.  Меня тогда выходила мама, своей любовью и верой в мою счастливую судьбу. Она умоляла не  только Бога, но и смерть: зачем тебе он, такой маленький, худенький, еще не поживший? Пощади его, возьми лучше меня..
Так вот, мамы давно нет, но думаю, что смерть, похоже, до сих пор находится под впечатлением той ее давней молитвы. Благодаря которой, ту детскую похоронную рубашечку я до сих пор донашиваю. И не уверяйте меня в обратном.

А цены на кладбища и похороны в Штатах зашкаливают, зависят они  и от выбранного кладбища, от места на кладбища, от способа захоронения, от выбранного вами памятника. Дешевле всего упокоится в огромном бетонном ящике, без памятника или с небольшой именной плитой на уровне земли.  Такой способ очень популярен  здесь. Можно закопать два ящика рядом, можно – в два этажа, дешевле обойдется.

Дороже так называемые «зеленые похороны», традиционные в  наших родных местах — в обычном деревянном гробу с вертикальным гранитным или мраморным надгробьем, какие можно видеть на любом европейском кладбище.  Жена и дочь, поклонники экологически безупречного образа жизни, за ценой не постояли и выбрали  именно их. 

Не буду утруждать калькуляцией, сколько и за что. Скажу лишь, что на выбранном нами кладбище стоимость одного  места и похорон по православной традиции – от 15 тысяч долларов! Как подумаешь об этом, так и умирать не хочется. Оно и понятно: раз с покойника никаких налогов уже взыскать, то пусть раскошелится в последний раз.

Захоронение урны в могилу родственника примерно в три с половиной раза дешевле. Выходит, со всех сторон у меня был резон сэкономить  еще и на достойный памятник. Брюс, наш зять, тоже решил кремироваться. Так что наши дамы упокоятся рядом в целости и сохранности, а мы – прахом в их могилах.   

Не знаю, верю ли я в Бога, но давно уже пишу это слово с большой буквы. И чем ближе от меня «последний порог», тем больше хочется верить в то, что этот мир не случаен. Что не все в моей жизни зависело и еще пока зависит только от меня и окружающих. Что есть ТАМ и, что есть что-то или кто-то, перед кем придется отчитаться. Что Там встречу дорогие мне души людей, которых давно потерял здесь. И хотя человек я не воцерковленный – лишь один раз в своей сознательной жизни причащался и исповедовался, — церковь меня притягивает. Среди икон и свечей на душу мою нисходит какой-то благодатный покой, которого почему-то редко удается унести с собой в суету бытия. Видимо, потому что не воцерковленный.

Отец Виктор, настоятель  храма Богоявления, в соответствии с правилами православной церкви, тех кого, кого впоследствии кремируют, не отпевает. А, если откровенно, хотелось бы, чтобы церковь замолила  перед Богом мои грехи, как говорится, вольные иди невольные, попросив прощения  за них.

Оказывается, в ряде стран на протяжении пяти лет, проводятся опросы стариков, о чем, дескать, они жалеют после прожитых лет, формируя так называемые рейтинги сожалений. Так вот, перечень  уже ряд лет не меняется, ни по порядку в списке, ни по сути. Открывает  список сожаление о том, что большая часть жизни была отдана нелюбимой работе. Следующее по важности сожаление о том, что мало времени было уделено близким и любимым. Потом старики укоряют себя в том, что несправедливо, по варварски относились  к своему телу, смолоду не поддерживали его в хорошей физической форме. Многие не сумели изменить свою жизнь в лучшую сторону, опасаясь  выйти из зоны привычного комфорта. На последнем пятом месте – досада из-за упущенных возможностей  попутешествовать, посмотреть мир.

Честно говоря, если бы пришли ко мне с этим опросником, с ответами я бы затруднился: у меня нет сожалений.   Все свои возможности, в предложенных судьбой обстоятельствах , мною реализованы. Никогда не строил особых планов на жизнь и даже на короткие ее отрезки. Скажем так, я мечтал и, со своей стороны, своевременно и обязательно,  делал необходимые шаги навстречу своей мечте. А там,  говорила мама, жившая по такому же принципу, как Бог даст. В одной, детской еще, мечте признаюсь: хотел стать писателем. Стал ли – не мне судить. Но написал несколько книг и был принят в Союз писателей России.

Два раза я выходил из зоны комфорта, чтобы уцепиться за любимую работу, несколько раз рисковал и принимал предложения от более престижных изданий, где от меня требовалось «прыгнуть выше головы». Уже в зрелые годы приходится зарабатывать «руками и ногами», но и в этих, непрестижных для многих занятиях, нахожу  поводы для удовлетворения. Помогало здесь, конечно,  журналистское и писательское «хобби» — радующее душу ощущение, что из профессии я, несмотря ни на что, как бы и не уходил. 

Близким я уделял внимания столько, сколько мог сам, и сколько хотелось им в тот или иной момент. Допускаю,  может быть меньше, чем надо было им, но и не всегда, признаться, моим вниманием  дорожили.  
Думаю, у многих из тех, кто размышляет над природой рождения и смерти, есть свое толкование этих таинств. Не говоря уже о людях верующих, которым их давно растолковали теологи и религиозные философы. Довольно давно, когда я узнал об опытах  ученых по квантовой телепортации, мне показалось, что и я разгадал природу рождения и смерти. Допускаю, однако, что  многим покажется эта «разгадка» наивной и не научной.

Что такое смерть физическая? Может быть, не что иное, как сигнал мозгу о невозможности существовании души, в исчерпавшем свой ресурс, теле. Мозг, получив такой сигнал, завершает все дела по управлению телесными органами и начинает угасать. Тем самым душе, обогащенной земным опытом, дается разрешение, вернуться в родные пенаты. Когда человек умирает насильственной смертью, она улетает немедля, если же на смертном одре за умирающего успешно бьются доктора и молятся родные, душа может на какое-то время возвратиться в свою земную оболочку..

Что же такое душа в моем сегодняшнем понимании? Согласен с предположением, что это  сгусток квантов, энергии, обладающей не только сознанием или зародышем сознания, но и всеми  знаниями и опытом ( эмоциональным в том числе), приобретенными за время жизни на Земле каждым человеком. И так ТАМ создается громадная копилка знаний и опыта, приобретенных человечеством  за годы своего существования на Земле. В наше время в силу своих способностей творческие люди – ученые, изобретатели, поэты и композиторы черпают из этой копилки идеи и развивают их. И так год за годом, век за веком… 

На самом деле микромодели такой космической сокровищницы уже созданы на Земле – это поисковики Google, Yandex и др. Подключаясь к ним с помощью интернета, мы можем  получить ответ на любой вопрос.
Мы – не первая цивилизация на Земле и далеко не самая продвинутая. Где-то там, в далеком космосе или в параллельном мире есть сокровищницы знаний и опыта каждой из них. Подключиться к ним мы не можем. Думается. однако, что аналоги этих сокровищниц есть и на Земле. Может это легендарная Шамбала, поисками которой в Тибете посвятили свои жизни Николай Рерих и Елена Блаватская. Не ее ли тоже искали и гитлеровские ученые из организации Аненербе (наследие предков), чтобы получить инструмент для властвования над человечеством?

Представьте себе рай, как обиталище душ, где блаженствуют их неимоверное количество,  вольно или по велению какой-то силы, ожидающих сигнала для вселения в человеческое тело. Кто подаст такой сигнал? Может быть, пара молодых людей, озаренных, так называемой, химией любви, через девять месяцев после того, как все срослось. Ребенок родился, тело готово принять душу, и она телепортируется (мгновенно перемещается) на Землю и вселяется в уже готовое принять ее тело. 

В правдоподобие  своей версии я мог бы привести целый ряд похожих публикаций от ученых, мистиков и философов, но  сошлюсь на фольклор. Есть такая присказка – все там будем. Она не только о том, что смерть уравнивает всех – умных и не очень, богатых и бедных, честных и мошенников, справедливых и безнравственных.. Заметьте, не говорят – все, мол, там окажемся, а – там будем. Выходит – были, есть, и будем находиться ТАМ!
Обнадеживает, что все чаще и чаще исследователи приходят к выводу, что смерти для сознания и души нет! Печально лишь, что умирание тела приносит столько горя и хлопот родным и близким

Поздновато,  конечно, но где-то с тридцати лет я осознал — со своим телом нужно обходиться  не хуже, чем с любимым автомобилем. Аккуратно пользоваться, обеспечивая качественным питанием, своевременно проводить техосмотры и профилактику, не давать застаиваться и ржаветь в гараже, то бишь, за столом или  на диване. С телом моим у меня пока полное взаимопонимание и даже как бы согласован устный контракт. Мы вроде бы по отдельности занимаемся каждый своим делом, но оно мне периодически сообщает о своих затруднениях. Я же, иногда сам, а иногда, прибегая к  помощи врачей, более-менее успешно ему помогаю.

Не могу не похвастать и тем, что на склоне лет, я избавлен от множества недугов, связанных с злоупотреблением алкоголя, курением и наркотиками. И только потому, что в молодости сумел отринуть искушения, которыми не раз испытывала  меня жизнь. Или смерть?  По данным ВОЗ  в мире смерть ежегодно уносит  около или свыше десяти миллионов человек, поддавшихся вышеупомянутым соблазнам.  Для сравнения -  от коронавируса на сегодняшний день  (21.10. 2020)  скончались только чуть больше 1 миллиона 123 тысяч человек. Слово «только», хотя и выглядит здесь кощунственно, но для сравнения представляется  вполне уместным.

У смерти, кроме символической косы на плече, олицетворяющей такое  множество невидимых эффективных способов и инструментов для выполнения ее зловещей миссии, что невольно удивляешься существованию человечества. Последний справочник Международной классификации болезней, насчитывает, представьте,  55 000 наименований, при этом отмечается, что список не полный и пополняется с каждым годом – смерть изобретательна.  Доказательство тому – COVID – 19!  Добавьте сюда войны, от которых цивилизованное человечество избавиться не в состоянии. Как тут не воскликнуть: спасибо, что живой! 

Но кого благодарить? Смерть, судьбу и папу с мамой, медицину? Себя самого?  В какой степени? Тут бесконечное поле для размышлений, но вышеприведенный рейтинг, еще раз убедил меня в том, что я прожил и живу здоровой и счастливой жизнью. Ка мне удалось – не знаю, не особо задумывался. Но одно бесспорно: на каждом этапе своего жизненного пути мне посылались люди, с которыми у меня были полные взаимонуждаемость и взаимопонимание, заряжающие оптимизмом и верой в себя. И, конечно же, желанием помочь, если другу понадобится поддержка. Дружество, пожалуй, самый ценный дар, который я получил от судьбы. Большинство моих друзей, слава Богу, и сейчас со мной; кроме океана, нас ничто не разделяет. Пока нас щадит смерть, конечно.

Об одном все же жалею: у меня не вышло обеспечить родителям достаточно комфортные условия в старости. Вернее, не получилось уговорить их согласиться на помощь через вторые руки, переселиться же к ним я не мог. Непритязательные люди, они и на склоне лет не захотели никого обременять своими проблемами. 

Тут пришла дочь и обрадовала тем, что я, в конце концов, смогу реализовать свою мечту путешественника: одновременно оказаться в двух разных местах планеты! Покопавшись в интернете, выяснила, что прах после кремации можно разместить поровну в двух одинаковых урнах. Одну захоронить в Бостоне на кладбище Gardens  of Gethsemane, другую – в родительской могиле на скромном погосте в моей родной деревне. На кладбище в Поболово, кстати сказать, покоятся по крайней мере  шесть поколений моих предков по отцовской м материнской линиях. Я их знаю поименно до прапрапрадедов — удалось восстановить имена по записям в Ревизских сказках и Метрических книгах Поболовской церкви. А вместе  с именами я на какой-то  миг в своем воображении как бы переместился в то  время и увидел.. их самих.

Сколько лет живет человек? Не по датам рождения и смерти, а по ощущениям? Если я в своем воображении пусть и на миг, но способен переместиться во времена своих предков, не значит ли это, что я в какой-то мере их сверстник? Если честно, то мои юные годы, например, воспринимаются сейчас скорее не как прожитые, а как воображаемые. 

Сколько лет прожил, например, Михаил Булгаков? Сверившись с его биографией каждый уверенно скажет- менее сорока девяти. Но прочитавший книгу «Мастер и Маргарита» с полным правом может сказать, что жил он и во времена Понтия Пилата! Или Иван Бунин, написавший в свои пятьдесят лет: « стоит только увеличить мою жизнь в сорок раз и будет время Христа…ТО же самое солнце, что когда-то увидел после своей бессонной бледный заплаканный Петр, вот-вот опять взойдет и надо мною. И почти те же самые чувства, что наполнили когда-то Петра а Гефсимании, наполняют сейчас меня, вызывая и на мои глаза те же самые слезы, которыми так  сладко и больно заплакал Петр у костра… Так где же его время и где мое?» 

В самом деле, человек образованный, с широким кругозором и воображением живет тысячелетиями. В этом смысле больше всего жалко людей, умерших в младенчестве и детстве. Если в раю или в параллельном мире, где оказываются после смерти наши души, где нет времени и пространстве, где царит справедливость, то детские  души, надеюсь, в первую очередь возвращаются в рожденные для них тела на земле.  Если, конечно, пожелают..
Оказывается,  в  Штатах, да и в Минске есть «туристические» компании, которые за довольно умеренную цену, могут отправить половину меня в последнее путешествие на Родину. Но не эта новость, а скорее косвенное согласие  дочери и внука выполнить мою последнюю волю о, почти примирили меня с кремацией. К  тому же, как выяснилось  чуть  позже, отец Владимир, священник церкви Петра и Павла в родном Поболово, отпевает и провожает в последний путь и урны  с прахом. Православная церковь, оказывается, делает исключения для тех, кто скончался вдалеке от родины.

…В общем-то, я не суеверен, но к продолжению этого повествования  о смерти я вернулся лишь четыре месяца спустя. Испугался. Вдруг получил сообщение о том, что в Беларуси ковидом в очень тяжелой форме заболел очень близкий мне человек, чуть позже — второй. Только они встали на ноги и выписались из больницы, как туда попал племянник с женой, внучатый племянник. Не искушаю ли я судьбу, размышляя о смерти, хотя и в очень уважительном тоне? На всякий случай взял паузу, которая продлилась четыре месяца, по истечении которых появились основания для осторожного оптимизма. Во-первых, в Беларуси после перенесенного заболевания приступили к работе и другим повседневным обязанностям все близкие мне люди, во вторых мир начал активно вакцинироваться, в третьих Всемирная организация здравоохранения сообщила о начавшемся снижении количества заболевающих и уходящих из жизни.

Я получил вторую дозу американской вакцины МОДЕРНА 21 февраля. Хотел, признаюсь, привиться российской "Спутник V ", она замечательно зарекомендовала себя на родине и в других странах. К сожалению, здесь это невозможно. Хорошо бы, конечно, чтобы при посольстве России в США, да и в других представительствах России, догадались организовать, пусть и платные, прививки этой вакциной для желающих русскоговорящих эмигрантов! Но это – вряд ли, как говорится, с глаз долой – из сердца вон.

Что скажу о вакцинации? И первый, и второй уколы перенес почти безболезненно, на уровне 2-3 болевых пунктов из десяти. Такую боль вполне можно игнорировать, что я и сделал, выйдя на работу.. Уже стал было переживать – а работает ли во мне  эта самая МОДЕРНА? 

Один из моих здешних друзей, профессор Яков  Басин, (на десять лет старше меня) спустя четыре часа после первого укола угодил в госпиталь. Боль во всем теле, ослабели ноги и руки, температура, головокружение, забывчивость. Что ж, тут вполне понятно, вакцина работает. Три дня над ним трудились врачи, мы созвонились еще через два дня. Все, говорит, прошло, за исключением небольшой слабости. Да и память, судя по его красочным воспоминаниям об уколе и больнице, вернулась. Однако, дочь с зятем у заявили ему, что на второй укол его повезти не рискнут. А он требует — отчаянный мужик оказался, не зря в полном здравии и уме дожил почти до 93 лет! Да, риск — благородное дело.

Чего теперь я жду от жизни и от стратегов по борьбе с коронавирусом? Надеюсь, что для всех переболевших этой заразой и прошедших вакцинацию, откроются, наконец, двери в большой мир. А значит и для меня, еще целехонького и здоровенького ! Ведь ученые и врачи уверяют, что и у выживших, и у вакцинированных, вырабатывается иммунитет, по крайней мере, на девять месяцев, а то и на год. Где-то прочел, что такие счастливчики в этот период вирус не могут ни подхватить, ни переносить, хотя последнее – спорно.

Понимаю, у переболевших  выбора не было, им так или иначе свой иммунитет пришлось выстрадать. Но мне-то можно было упереться и отказаться от уколов! Согласился, если честно, не только потому, чтобы успокоить близких, но и с надеждой получить "добро" на перелеты и посещение  других стран без карантина. Сказав «А», ковидстратегам  надо набраться решимости вымолвить и «Б». У меня вот уже почти год имеется пока нереализованный авиабилет в Ригу. До средины апреля вылететь вряд ли удастся – там введено чрезвычайное  положение до 6 апреля, оно исключает посещение страны без двухнедельной самоизоляции  даже ее гражданами. 
Надежда, однако, есть. В Евросоюзе озаботились проблемой выдачи международных цифровых ковидпаспортов, обеспечивающих свободу передвижения для вакцинированных. Эту идею, по сообщениям СМИ, поддержали главы правительств  всех стран ЕС. Оно и понятно, открытие границ хотя бы для этой категории людей важно не только для путешественников, но и для мировой экономики. На техническую подготовку по созданию электронных документов потребуется около трех месяцев. Карточку, подтверждающую  вакцинацию мне выдали. Надеюсь, что она явится  основанием для более солидного документа, выпускающим меня из давно надоевшего заточения. 
Наш племянник  Антон Бондаренко (Antony Bauer в ФБ) польстил мне, утверждая, будто бы я сам себе назначил старость, и в свои восемьдесят с плюсом дам фору «любому 50летнему своей активной и здоровой жизнью».  Действительно, старость я давно пытаюсь отложить «на потом», но от смерти еще никому не удавалось скрыться. Значит, так или иначе пора не только постепенно, по-сте-пен-но готовиться к расставанию со всеми и всем, кто тебе дорог, но и с тем, что тебе дорого в жизни, чтобы облегчить хлопоты близким. 

С похоронами вроде бы мы разобрались, с документами и завещанием — тоже. Остаются книги. С похожей проблемой я уже сталкивался. В Риге у меня была довольно обширная библиотека, насчитывающая около тысячи томов. Перед отъездом в США книги надо было куда-то пристроить, выбросить просто не мог. А это был период так называемого национального становления, даже библиотеки избавлялись от книг на русском. Одну из них мне удалось тогда спасти – «Роковые яйца» Михаила Булгакова, издана в 1928 году в Риге с предисловием Петра Пильского . Она до сих пор у меня сохранилась, с древним штампом гос. библиотеки. Сейчас я намерен передать эту книгу в дар музею Булгакова в Киеве, возвратить в дом автора.

Наиболее дорогие мне тома – собрание русской классической литературы в подписных советских изданиях, за которыми еще в студенческие голы я выстаивал в очередях по пять-десять часов, — отобрал для перевозки в Новый свет. Разрозненные же тома в количестве почти шестисот экземпляров никто не брал. К счастью, этой бедой мне пришло в голову поделиться во время интервью с капелланом Сужского десантного батальона Латвийской армии.  « В моем батальоне  более сорока процентов русских ребят. С удовольствие заберу для нашей библиотеки!» Уже на следующий же день прикатили на грузовике шестеро крепких ребят.. Книги переложили в мешки, а потом демонтировали и полки! В Риге можно сказать -повезло!

За годы жизни в Бостоне в нашей библиотеке русской классики прибавилось много книг, приобретенных во время поездок за океан и в местных русских магазинах.. На тот свет ни одной, даже самой любимой, с собой не возьмешь.  Внук и внучка, хотя хорошо владеют разговорным русским языком, но, если и будут читать Толстого и Достоевского, то в переводе на  английский.  Дочь, уже давно читающая преимущественно на английском, намекнула: пора решить, что делать с библиотекой. Пушкина, Лермонтова, Толстого, Достоевского , Чехова, Куприна она готова оставить у себя, может на старости лет, на досуге и вернется к ним. 
Остальные..  Остальных много, в их числе много романов, переведенных на русский с английского и с других языков.. В их числе Хемингуэй, Фицджеральд, Ремарк, Маркес, Моруа и др. Что их ждет?  Есть небольшая надежда, что часть томов можно будет передать в русский отдел местной библиотеки, но это выяснится, когда мы окажемся в постковидном периоде.  Но, так или иначе, придется смириться с тем, что много хороших книг придется передать на переработку. К сожалению, с такой проблемой столкнулись многие русские иммигранты моего времени, перевозившие свои библиотеки в США, как большую ценность.
Что поделаешь, печально, но и у книг тоже свой век, свой жизненный срок.

Боюсь ли я смерти? Не буду бахвалиться – боюсь. Но, пожалуй, не самой смерти, а умирания, вернее боли и страдания при умирании… Смерть дается по мирским заслугам или нет? Для спокойного ухода из жизни очень важно, как мне представляется, чтобы человек у последнего порога, был уверен, что не напрасно был рожден и прожил на свете.  У меня лично с такой верой все в порядке. Но достаточно ли это для мгновенной и безболезненной смерти? Ведь свою миссию на земле так или иначе выполняет даже отпетый убийца, хотя бы в качестве духовного навоза, и церковь милосердно благословляет каждого, кто того пожелает. 

По-разному уходили в мир иной мои близкие и друзья. Родители и младший брат скончались от инсульта, но мучились не долго, три – пять дней. Чувствовали ли они при этом боль, не знаю, во всяком случае, уходили в тишине. Мой двоюродный брат Леонид скончался завидно: в преклонном возрасте и мгновенно. Обошел огород и теплицы, собрал помидоры, сел в кресло. Через пять минут дочь не дозвалась его к обеду.. Также неожиданно ушел из жизни и прекрасный кинорежиссер Алоиз Бренч, снявший культовый фильм «Долгая дорога в дюнах». Мы с шутками расстались с ним возле  его дома, а когда я ему перезвонил минут через двадцать,  жена сквозь рыдания сообщила: его больше нет. Сел Алоиз Алоизович в кресло, и…. сердце остановилось…

Многим, в том числе и  мне, хочется верить в то, что легкая смерть тела приходит к людям легким, добрым, честным и справедливым, как награда за жизнь праведную, лишенную эгоизма и зависти. Но вот ряд нацистских преступников, повинных в гибели сотен невинных людей, сумели уйти от возмездия, прожили долгую жизнь и не подохли в муках, а скончались во сне в своих постелях.  В то же время, по крайней мере, двое близких мне и вполне приличных людей, годами лечились от рака и умирали при такой боли, которую не могли приглушить даже наркотики. Cомневаюсь, что простой обыватель- не убийца и не педофил, способен нагрешить на годы адской боли перед неминуемой смертью.

Какая смерть суждена мне, один Бог знает.  Конечно, у каждого из нас есть свои «скелеты в шкафу», но я всегда старался жить честно, искренне и справедливо, не делая никому зла, во всяком случае, сознательно.  Никогда никого  не предал, не предавал и своих убеждений. Но с Богом у каждого свои счеты, в рай попадают только праведники и святые, мне же до них – как до неба. Не так хочу попасть в рай, как надеюсь еще попутешествовать и безболезненно уйти из жизни в свой срок. Тем более, что может и рая-то ТАМ нет?

А пока суд да дело, выясняю, как выбраться из «красной зоны» по коронавирусу, в которой находятся США в соответствии с нормативами Минздрава Белоруссии. Мечтаю вернуться на год назад — в прошлую зиму и оказаться опять в белорусском санатории хотя бы в середине весны.  Надежда вроде бы есть.  Вакцинацию в качестве пропуска через границу там не признают, придется прилететь со свежим отрицательным тестом PCR и пробыть в десятидневной самоизоляции, не выходя за пределы здравницы! Конечно же, согласен!

…Сегодня – неделя, как я вернулся в Бостон… из прошлого года. Все получилось! С помощью потомков – Юлии и Андрея, а также болевших за меня предков, мне удалось прорваться через кордоны, установленные вирусом и людьми, и вновь оказаться в белорусском санатории «Криница» и даже в том самом номере. Десять дней самоизоляции в этой здравнице, которые я письменно обязался провести, оказались простой формальностью. За это время я два раза посетил в Минске зубного врача, один раз глазного в прекрасной клинике «Новое зрение», а также посмотрел балет « Пер Гюнт» в Большом театре оперы и балета! И уж совсем невероятное везение – с наслаждением прослушал концерт Дениса Мацуева, выдающегося пианиста мирового класса. Какой молодец! Мало того, что с полной отдачей проиграл всю программу, так еще на «бис» исполнил пять вещей! Совершенно разноплановых – от возвышенной и тонкой лирики до бурной патетики.

По истечению десяти дней самоизоляции в санатории поехал, как теперь говорят, на свою малую родину, в деревню Поболово, сейчас — это агрогородок. Не только, чтобы навестить родителей на местном кладбище и встретится с земляками, но и для завершения очень важного  для нас с братом Геннадием проекта. Почти год назад в память о родителях  мы решили установить на площадке за церковной оградой гранитную скамью, а также две садовые скамейки в дар церкви и прихожанам. Геннадий заказал их в Гомеле, он же заранее согласовал эту не ординарную для Поболова идею с  отцом Владимиром, настоятелем нашего храма Петра и Павла. Д?


Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Александр  Тиханский
Беларусь

Александр Тиханский

Военно-политический аналитик

Милитаризация космоса

как средство достижения геополитических целей

Владимир Веретенников
Латвия

Владимир Веретенников

Журналист

Российская бюрократия распугивает зарубежных соотечественников

насколько глубоко ?

Александр Филей
Латвия

Александр Филей

Латвийский русский филолог

ВЕРА В ЛИЧНОСТЬ В ИСТОРИИ

Без знания истории

Андрей Лазуткин
Беларусь

Андрей Лазуткин

Политолог, писатель

Штаты против «нового шелкового пути»

что происходит в этом направлении ?

Как латвийские красноармейцы сражались с гитлеровскими захватчиками

Не знаю, зачем вы о них заговорили в № 3. Глупо выкручиваетесь, скучно уже.

КУБА, НЕ УХОДИ

Диван обидится. Да и задницу жалко.

Политика Украины последних лет

Да уже давно не паслась, как только у нас трансляцию прикрыли. Иногда включала в телевизоре для фона при выполнении хозяйственных работ.С компьютера смотреть фоном неудобно, а в ви

ПОРОХ НАДО ДЕРЖАТЬ СУХИМ

А на промышленные товары рабочих?)))))Как всегда врёте БЕЗДОКАЗАТЕЛЬНО.Впрочем чего еще можно ожидать от буржуазного писателя?Интеллигенция продажная девка всякого режима и врет в

Чем современные дети отличаются от школьников 1980-х

Ну, если три поколения поддерживают, может не такая уж наша администрация и колониальная?Недостатков много, кто спорит. Но где их нет?

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.