Лечебник истории

28.02.2020

Юрий Глушаков
Беларусь

Юрий Глушаков

Историк, журналист

Белорусская народная республика 100 лет назад: переговоры с Речью Посполитой о независимости и разбитые иллюзии

Белорусская народная республика 100 лет назад: переговоры с Речью Посполитой о независимости и разбитые иллюзии
  • Участники дискуссии:

    7
    18
  • Последняя реплика:

    26 дней назад


Между Германией, Польшей и Литвой

В начале 1919 года территория Беларуси стала местом столкновения интересов нескольких государств — Германии, России, Польши и Литвы. В каждой из соседних стран весьма влиятельными были силы, ориентированные на полное поглощение белорусских земель. Но еще Всебелорусский съезд, состоявшийся в Минске в декабре 1917 года, заявил о праве белорусов на самоопределение.

Правительство большевиков и левых эсеров подтвердило это требование. Ведь право на самоопределение вплоть до отделения было записано в их программах, в течение долгих лет российские революционеры боролись с монархией, опираясь на поддержку порабощенных ею народов. Лидеры Польши, сами еще недавно противостоявшие царизму в подполье, тоже не могли просто так игнорировать его.

Однако первоначально большая часть Беларуси и Украины оказались в зоне немецкой оккупации. В Киеве германские оккупанты быстро свергли «неудобное» социалистическое правительство УНР и замены ее гетманским режимом Скоропадского. В БНР они поддержали де-факто консервативную группировку Романа Скирмунта. Однако прогерманский курс такого рода деятелей быстро привел Рад к внутреннему кризису и расколу. Да и в целом ориентация на Германскую империю оказалась тупиковой.

После поражения Германии в первой мировой войне и начавшейся там революции немецкие войска стали покидать Беларусь.

После этого в БНР было вновь сформировано социалистическое правительство. В конце 1918 года его глава социал-демократ Антон Луцкевич пытался лихорадочно нащупать внешнеполитическую конфигурацию, позволившую бы Беларуси стать полноценным независимым государством. В Киеве он встречался с послом РСФСР Христианом Раковским.
 
Единственным требованием Луцкевича было признание независимости Беларуси. Ради этого лидер БНР был даже готов передать власть Советам и признать готовящееся образование БССР.
Из Киева переговоры были перенесены в Москву, где действовало консульство БНР. Но из этого дипломатического маневра тоже ничего не вышло.

Вскоре в Смоленске было провозглашена белорусская государственность советского типа — БССР.

По мере того, как германские войска покидали Беларусь, на ее территорию с двух сторон вступали польские легионы и Красная Армия. Включая советские белорусские формирования. К весне 1919 года между армией Пилсудского и красными войсками начались боестолкновения.
 
Перед деятелями БНР умеренно-социалистического толка еще более остро встал вопрос о внешнеполитической ориентации.
В этих условиях Луцкевич, который являлся еще и председателем Виленской белоруской Рады, находит нового внешнего партнера — Литву. К этому времени Гродненская губерния была объявлена Тарибой частью Литвы с белорусским самоуправлением. В литовскую Тарибу вводятся представители БНР, создается также Министерство белорусских дел.

Однако возглавивший его социалист-федералист Язеп Воронко, по мнению Луцкевича, превратился в настоящего «литовского жандарма». Воронко ратовал за полню инкорпорацию белорусских земель в Литву.
 

Но все решили польские штыки. Вскоре и Гродненщина, и Виленщина была занята войсками Пилсудского. Находившийся здесь 1-й Белорусский полк БНР и кавалерийский эскадрон были разоружены, литовско-белорусская администрация — разогнана. Белорусские газеты и школы, православные церкви — закрываются. Белорусские священники и учителя — арестовываются. Так, в тюрьме оказался редактор «Родного края» Томаш Гриб, протоиерей Корчинский, председатель Гродненской управы Курлов.
 

К концу 1919 года большая часть Беларуси была оккупирована Речью Посполитой. И с этим нужно было что то делать.

«Вольны с вольным…»

Декретом начальника Польской державы Юзефа Пилсудского занятая территория Беларуси была поделена на два округа — Минский и Виленский. Власть здесь полностью принадлежала оккупационной администрации. При штабе польского Литовско-Белорусского фронта был создан Генеральный комиссариат восточных земель.

Однако сам Юзеф Пилсудский был уроженцем Виленщины, при одном из своих арестов царской полицией он даже записал себя «белорусом». И несмотря на репрессии оккупационной администрации, риторика начальника польской державы выглядела обнадеживающей. В воззвании «К населению бывшего Великого княжества Литовского» Пилсудский писал:

«Польское войско, которое я привел с собой, что бы свергнуть господство угнетения и насилия, что бы свергнуть власть, не согласную с волей населения, войска эти несут вам освобождение и свободу. Я хочу дать вам возможность разрешать внутренние, национальные и религиозные дела так, как вы сами желаете, без всякого угнетения или принуждения со стороны Польши».

Правда, никакой конкретики в этом патетическом воззвании не было. Акт независимости Беларуси от 25 марта 1918 года Польша не признавала. В воззвании давались лишь туманные обещания на будущее:

«Придет время, когда будет возможность свободно высказаться, но тогда, когда государство ваше будет организовано».
 
Но польский Сейм, собравшись в Вильно еще 2 мая 1919 года, принял декларацию: «Родина Костюшки, Мицкевича и Траугута принадлежит Польше, как часть неотделимая».

Очевидно, эти претензии на белорусские, украинские и литовские земли были продвигаемы крайней фракцией польских «национальных демократов». С другой стороны, Польская социалистическая партия (ППС) и сам Пилсудский выступали с федералистской концепцией Речи Посполитой. Которая и была отражена в резолюции Сейма, принятой чуть позже, в июле 1919 года. Там говорилось, что одностороннего присоединения бывшего Великого княжества Литовского, да еще через постановления одной части Сейма — не будет. И Польша будет соединяться с народами ВКЛ «на основе общих политических, хозяйственных и культурных интересов».

Очевидно, в рядах польского «политического класса» еще шла дискуссия — в какой форме лучше осваивать новоприобретенные белорусские земли.

19 сентября начальник державы Пилсудский торжественно прибыл в Минск. В числе прочих его встречали здесь и национальные белорусские деятели. Приветственную речь держал Александр Прушинский (Алесь Гарун), председатель недавно образованного Временного Белорусского национального комитета.

Бывший эсер-максималист и политкаторжанин, Алесь Гарун занимал теперь совсем иные позиции:

«Ужо шосты тыдзень, як мы жывем спакойным жыцьцём разьвеяўся чырвоны туман, разтвеялася відмо галоднай сьмерці. Гэты цуд ёсьць дзелам гераічнага польскага войска, якога вы ёсьць начальнікам. Вітаю Вас ад імя нашых беларускіх дэлегацыяў, прадстаўляючых тутака беларускае насяленьне, выслаўляю гарачую падзяку за звальненьне Менску й Меншчыны ад новага цяжкага нападу маскоўскага імпэрыялізму, які на гэты раз прыбраўся ў бальшавіцкую вопратку.

Але плачуць яшчэ маткі ў Віцебску, стогнуць людзі ў Магілёве, маўчыць, бо забаронены, хаўтурны голас зьімшэлых званіцаў Смаленску. Мы верым і спадзяемся, што, разам, з вольнымі Менскам, Вільняй і сівой Гародняй, вольнымі і шчасьлівымі будуць у вольнай і незалежнай Беларускай рэспубліцы нашыя адвечныя астрогі на рубяжох Масквы — Віцебск, Магілёў і стары Смаленск
».

Юзеф Пилсудский снискал немалые симпатии, заявив о равенстве белорусского языка с польским. И том, что отныне отношения между польским и белорусским народами будут строится на основе «вольного с вольным, равного — с равным».

Таким образом, в это время с двух сторон Беларуси поступали сигналы о возможности конфедеративного Союза. От социалистической России — в виде БССР. И от капиталистической Польши — с апелляцией к прошлому Речи Посполитой-ВКЛ и на основе польско-белорусской Унии. В руководстве БНР продолжали рассматривать оба эти варианта.

Кровавая межусобица

Поскольку большая часть Беларуси контролировалась в это время польскими войсками, для умеренных деятелей БНР «приоритетным» выглядел союз с Польшей.

Один из лидеров Белорусской социал-демократической партии Язеп Лесик уже в сентябре 1919 года в газете «Беларусь» призвал соединить на основе федерации судьбы белорусского и польского народа. Однако все попытки руковоства БНР добиться передачи им хотя бы части гражданской власти на территории Беларуси успехом не увенчались.

Тогда крупнейшая партия в БНР — Белорусская партия социалистов-революционеров обратилась за помощью к идейно близким польским социалистам из ППС. Польские социалисты официально признали независимость Беларуси. Но ППС оставалсь единственной политической партией, сделавшей такое заявление. В тоже время в польской политической сфере доминировали польские националисты и шовинисты.
 
После этого премьер БНР социал-демкорат Антон Луцкевич решает идти ва-банк. И пытается напрямую аппелировать к западным державам, собравшимся на Парижскую мирную конференцию по послевоенному мироустройству.
Однако конференция заняла весьма «дипломатическую» позицию — прежде, чем допустить белорусскую делегацию на нее, ей было предложено договориться непосредственно с Польшей. В Париже Луцкевич встретился с премьер-министром Польши Игнацием Падеревским. Тот предложил план федерации Польши-Беларуси. Луцкеич — согласился, но только при условии признания БНР и белорусской независимости. Но теперь уже на все это необходимо было получить санкцию Антанты.

Падеревский обещал поговорить с французским премьером и лидером партии радикалов Жоржем Клемансо. Но результат оказался неутешительный. Вот как описывает этот разговор Луцкеич со слов польского премьера:

«Там будет Россия, сказал он (Клемано. —Ю.Г.), стукнув кулаком по карте, где обозначалась Белоруссия. На этом разговор оборвался».

Видимо, все же Игнаций Ян Падеревский был более выдающимся композитором, чем политиком?

Но Антон Луцкеич продолжал отчаянные попытки выпросить признание белорусской независимости у поляков. Осенью 1919 года они пребывает в Варшаву и идет на личные переговоры с Юзефом Пилсудским. Встреча состоялась о дворце Бельведер. Луцкевич описал ее потом в своей работе «Польская оккупация в Беларуси» таким образом.

С самого начала глава польского государства развел руками — дескать, Антанта не желает видеть независимой Беларуси. Поэтому, по мнению Пилсудского, единственный шанс для Беларуси — войти сейчас же в состав Речи Посполитой. Потом, если военные дела в борьбе с красной Россией пойдут хорошо — можно будет говорить и о будущем Беларуси. Пока же союзники давят на него, заставляя оказать военную помощь главе «Вооруженных сил юга России» Антону Деникину в борьбе с большевиками. Но он, Пилсудский, этого делать не станет. Ведь русские националисты Деникина, сторонники «единой и неделимой России», опасней большевиков.

Таким образом, никаких конкретных обещаний премьер БНР от Пилсудского опять не получил. Луцкевич лишь понял, что маршала интересует только помощь белорусов в его войне с Россией. Премьер БНР пишет следующее:

«Я осознал о ей ясностью, что Пилсудский и панская Польша — это такие же враги Белоруссии, как и враги России, и вот с этими врагами я сейчас договариваюсь о том, что бы внести мечи и огонь на восточные земли Белоруссии, что бы там истекали кровью в братоубийственной войне прежде всего сами же белорусы, а польские паны со своим «начальником панства» будут радоваться этому…»

Вскоре после этого разговора Антон Луцкеич был интернирован в Варшаве. Правда, под давлением польских социалистов из ППС премьера БНР освободили. И начальник полькой державы даже позволил собрать Раду БНР.

Желая расположить белорусских деятелей еще больше, 22 октября он разрешил формирование «белорусской армии». Правда, ее создание было доверено не БНР, а деятелям «Временного» БНК, придерживавшегося откровенно пропольской ориентации. Также эти формирования должны были являться частью армии Речи Посполитой. Своей же собственной вооруженной силой Рада БНР по-прежнему не располагала.

Третья сила

Польские власти также начали готовить в Беларуси плебисцит о ее присоединении к Польше. В результате давления внешних сил Рада БНР снова оказалась в глубоком кризисе.

И в это время партия белорусских эсеров заявляет о себе как о «третьей силе». В ноябре 1919 года состоялась конференция БПСР, на которой была заявлена ее приверженность полной независимости Беларуси. Белорусские эсеры провозгласили борьбу на два фронта — и против польского вмешательства, и против «империалистически-московско-деникинской силы», идущей с востока. Правда, «комиссары с московской обжорки», против которых еще недавно эсеровская пресса метала громы и молнии, здесь уже не упоминаются.
 
И это не случайно. Как и социал-демократ Луцкевич за год до этого, белорусская эсерка Полута Бодунова вскоре начнет новый раунд переговоров с большевиками о признании независимости Беларуси.
На сторону белорусских эсеров в это время переходит один из старейших и авторитетнейших белорусских деятелей — Вацлав Ластовский. Бывший «христанский демократ», вряд ли он при этом стал революционным социалистом. Но скорее, в позиции БПСР его привлек курс на бескомпромиссное отстаивание белорусской независимости.

12 декабря 1919 года в Минске открылась Рада БНР. Она не собиралась в течение года — из-за отрицательного отношения польских властей. Однако на этот раз согласие было дано — в Варшаве рассчитывали на принятие Радой Унии с Польшей.

Но с самого начала все пошло не по плану. Группа членов Рады предложило одобрить курс на соглашение с Польшей и послать приветствие польскому Сейму и начальнику державы Пилсудскому. Так же вся власть в БНР должна была сосредоточена в руках Директории из 3-5 человек. По сути, предлагалась коллегиальная диктатура. Но перевес среди делегатов оказался на стороне белорусских эсеров и союзных с ними социалистов-федералистов.
 

И это левое крыло полностью отказалось от примирения с польской оккупацией, и четко провозгласило курс на независимость. Эсеры были категорически не согласны с полонизацией белорусского края, и никаким обещаниям из варшавского Бельведера они больше не верили. А председателю Рады Лесику и главе правительства Луцкевичу было выражено недоверие как «соглашателям».
 

Тогда на следующий день противники эсеров сделали «ход конем» — помещение, где проходила Рада, оказалось закрытым на замок. «Проваршавское» меньшинство проводило в это время свое совещание на частной квартире. Но эсеры решили вопрос «по-революционному» — они просто взломали дери и продолжили работу Рады. Ее решением уния с Польшей была отвергнута, была принята резолюция о подтверждении акта независимости от 25 марта. Была так же осуждена польская оккупация края и планы проведения плебисцита о соединении Польшей. Делегаты избрали новый президиум Рады, в который вошла и лидер БПСР Полута Бодунова. Избрано было и новое правительство во главе с Вацлавом Ластовским.
 
Вскоре поле завершения работы Рады белорусские эсеры Ластовский, Бодунова, Томаш Гриб, Язеп Мамонько и другие были арестованы и заключены в тюрьму. По освобождению они либо переехали в Литву или советскую Россию и продолжили борьбу против польской оккупации.
Антон Луцкевич свое низвержение на Раде в Минске не признал. Но приехав в Варшаву и в очередной раз столкнувшись с отказом Пилсудского признавать БНР как полноценного партнера, он сам подал в отставку с поста премьера. И вообще ушел из политики.

Была сформирована новая пропольская «Наивышейшая Рада» БНР, которую возглавил Вацлав Ивановский. Его брат Юрий был старым товарищем Пилсудского еще по ППС. Однако личные связи не помогли — в феврале 1920 года Юзеф Пилсудский в Минске заявил, что готов уступить белорусам только в культурных вопросах, но ни в конем случае — ни в политических. 8 марта 1920 года польское правительство официально отказалось от признания БНР.
 
Что касается белорусского местного самоуправления и культуры, то отдельные элементы допускались только на оккупированных территориях Минской, Могилевской и Витебской губерний. Гродненщина и Виленщина включались в Польшу без всяких оговорок. Вопрос о Беларуси был решен в Варшаве бесповоротно…
Однако под руководством белорусских эсеров на оккупированной территории развернулось повстанческое движение. При этом руководством БПСР было заключено соглашение с Красной Армией о совместных действиях против захватчиков.

Военно-политический союз РКП (б) с партией белорусских эсеров, совместная партизанская борьба с польскими оккупантами ослабил и ту группировку у большевиков, которая стремилась выдать все национальное движение за «пособников империалистов». И на этой основе свернуть любую форму белорусской государственности. Зато усилились позиции белорусских коммунистов, стремившихся к независимости Беларуси на основе советской государственности.

В конечном итоге все это обеспечило вторичное провозглашении БССР в июле 1920 года. Но это — уже другая история…

Подписаться на RSS рассылку
Наверх
В начало дискуссии

Еще по теме

Андрей Лазуткин
Беларусь

Андрей Лазуткин

Политолог, писатель

Вечная перестройка в стране полицаев

Андрей Лазуткин
Беларусь

Андрей Лазуткин

Политолог, писатель

Факты о Катыни, которые вам не расскажет TUT.BY

Открытое письмо к либералам

Вячеслав Бондаренко
Беларусь

Вячеслав Бондаренко

Писатель, ведущий 2-го национального телеканала ОНТ

Кто хочет, пусть живет в стране полицаев. Я всегда жил и живу в стране героев!

Юрий Глушаков
Беларусь

Юрий Глушаков

Историк, журналист

Иван Черняховский и Беларусь: игрушки для командирской дочки и грузовики вместо «тягловых» коров

Вокруг Ковида

Вы с Лаокоонтом не поняли. Редакция работает в таких случаях по словарям, а не Википедии, начиная с Академического орфографического и огромной кучи специализированных. Агеенко как

Суровые законы Латвии: пандемия пандемией, а отмечаться – изволь

не потерплю.Зря.

Китайцы выпустили «Руководство по профилактике и лечению новой коронавирусной инфекции COVID-19»

Значит - и обратно два летят.

На пути к интеграции: размышления накануне Дня единения народов России и Беларуси 2 апреля

Не согласен с Вами, пенсионеры село не поднимут. Просто в селе, по мере оставшихся сил, можно что то вырастить, да и то это без видимой техники, как у моей бабушке, серп да хустка,

ТУТЕЙШИЕ – ЗНАЧИТ РУССКИЕ

"на вопрос, на каком языке она говорит (один из западно-полесских диалектов) - отвечала "На русском"."(с) Хотя на самом деле говорила на украинском, как сказали бы сегодня. :-)))

Мы используем cookies-файлы, чтобы улучшить работу сайта и Ваше взаимодействие с ним. Если Вы продолжаете использовать этот сайт, вы даете IMHOCLUB разрешение на сбор и хранение cookies-файлов на вашем устройстве.