ДОЛГ БЕЗ РАСПИСКИ

Почему страны, которые Россия спасала, так быстро о ней забывали

ДОЛГ БЕЗ РАСПИСКИ
Австрийскому премьеру приписывают обещание удивить мир неблагодарностью. Через пять лет Вена это обещание выполнила
Цикл пересказов роликов канала «Филиал Карамзина» начинался с Достоевского и его пророчества о неблагодарности освобождённых славян. Теперь канал выпустил ролик, который читается как продолжение той темы, только шире: не одна Болгария, а целая серия историй, где Россия кого-то спасала, а потом наблюдала, как спасённый подписывает договоры с её противниками. Ведущий подаёт это горячо и с сарказмом. Попробую пересказать спокойнее — истории от этого не становятся менее странными.

Вена, 1849 год

Весна народов, Венгрия восстала против Габсбургов, и восемнадцатилетний Франц Иосиф всерьёз рискует остаться без половины империи. Он просит помощи у Николая I. Николай искренне верит в Священный союз и законность монархий — и отправляет в Венгрию армию фельдмаршала Паскевича. По данным Большой российской энциклопедии, общая численность русских войск превышала 190 тысяч. Убитыми Россия потеряла чуть больше 700 человек, от холеры умерли почти 11 тысяч. Восстание подавлено, империя возвращена хозяину.

Через пять лет начинается Крымская война. Петербург рассчитывает хотя бы на нейтралитет Вены. Австрия стягивает войска к русской границе и требует вывести армию из Дунайских княжеств. Чтобы не воевать на два фронта, Россия уходит.

Николаю приписывают горькую фразу: самыми глупыми из польских королей был Ян Собеский, а из русских императоров — он сам, потому что оба спасли Вену. Собеский, напомню, спас её от турок в 1683 году. А австрийскому премьеру князю Феликсу Шварценбергу — сразу после венгерского похода — приписывают другую: «Мы удивим мир своей неблагодарностью». Обе цитаты известны в пересказах, а не по протоколам, поэтому даю их как приписываемые. Но если Шварценберг этого и не говорил, Вена всё равно сделала именно это.

Логика Вены

Тут стоит честно восстановить логику австрийцев, иначе вся история сводится к морали о плохих людях. Для Вены спасение было унижением: империя, которую на глазах у всей Европы вытащили чужие штыки, не может чувствовать себя великой державой. А главное — на Балканах интересы Австрии и России расходились напрямую. Сильная Россия у Дуная была для Вены опаснее, чем любая благодарность могла бы перевесить.

Допустим, всё так, и австрийцы просто выбрали интерес. Тогда возникает встречный вопрос: а Николай в 1849 году действовал только из рыцарства? У него тоже был интерес — революция в соседней империи могла перекинуться на Польшу. Канал этот вопрос обходит, а зря: он делает историю не менее горькой, но более понятной.

Болгария и Греция

Болгарию цикл уже разбирал — в статье о Достоевском, поэтому коротко. Война 1877—1878 годов, Шипка, Плевна, государственность, созданная русскими штыками и дипломатией. Через несколько лет на болгарском престоле Александр Баттенберг, затем Фердинанд Кобургский, в 1886 году дипломатические отношения с Россией разорваны. В Первую мировую Болгария воюет на стороне Центральных держав, а в 1941 году присоединяется к Оси. Здесь канал перегибает: войны Советскому Союзу Болгария так и не объявила, и болгарские дивизии на Восточном фронте не воевали. Картина от этого не становится радужной, но точность в таких историях важна.

Греция — пример поменьше, но показательный. В 1827 году русская эскадра вместе с британской и французской разбила турецко-египетский флот при Наварине. В 1828-м Россия объявила Турции войну, а Адрианопольский мир 1829 года открыл Греции дорогу к независимости. Первым правителем страны стал Иоанн Каподистрия, который до этого был одним из руководителей министерства иностранных дел Российской империи. В 1831 году его убили. Канал говорит об участии британцев; доказательств этого нет, есть подозрения. Бесспорно другое: после Каподистрии Греция надолго ушла под британское влияние.

Франция, 1914-1917

Август 1914 года. Германия наступает по плану Шлиффена, французское правительство готовится переехать в Бордо, и Париж просит Петербург ударить на Востоке, не дожидаясь конца мобилизации. Россия наступает в Восточной Пруссии двумя армиями. Под Танненбергом армия Самсонова попадает в окружение, генерал стреляется.

Но немцы снимают с Западного фронта два корпуса и перебрасывают их на Восток. Насколько их отсутствие решило исход битвы на Марне, историки спорят до сих пор. Что вклад был заметным, не спорит почти никто. Маршалу Фошу приписывают признание: если Франция не была стёрта с карты Европы, то этим она прежде всего обязана России.

В 1916 году Франция просит прислать пехоту, и Россия отправляет экспедиционный корпус. После революции солдаты требуют вернуть их домой, и в сентябре 1917 года мятежный лагерь Ла-Куртин берут штурмом с артиллерией. Здесь канал упрощает: штурмовали в основном русские части, оставшиеся верными Временному правительству, а французы держали оцепление и поддерживали операцию. Погибших, по разным данным, от десятка до полусотни. Последующее канал описывает верно: тех, кто отказывался работать или воевать дальше, отправили на принудительные работы, в том числе в Северную Африку. Часть пошла в Иностранный легион.

Поправка важная, но вывод она не отменяет. Спасённая в 1914 году Франция поступила с солдатами этого союзника так, как поступают с ненужным оборудованием.

Цена услуги

Итог ролика — благодарности в отношениях государств не существует. Государство состоит из институтов, элит и интересов, а мы по литературной привычке переносим на него человеческие чувства. Канал советует перестать играть в спасателей и любую помощь оформлять документально: вы нам — порты, ресурсы, контроль, мы вам — безопасность, с залогом и прямо сейчас.

С этим трудно спорить, но к этому выводу просится один практический вопрос: а сколько стоили сами спасения? Чуть меньше 12 тысяч погибших в венгерском походе. Армия Самсонова. Экспедиционный корпус. Ни одна из этих услуг не была оформлена так, чтобы спасённый что-то должен был по бумагам, — только по совести. А совесть, как показывают все четыре истории, в межгосударственных расчётах не учитывается.

Выходит, неблагодарность — не черта национального характера европейцев, а предсказуемый результат сделки без договора. Кредит выдан, расписки нет, а должник на следующий день уже видит в кредиторе не спасителя, а соседа с большой армией. Вопрос, который ролик задаёт зрителю в конце, — помогать ли вообще кому-то в XXI веке, — после этих историй звучит иначе: не «помогать ли», а «на каких условиях и с какой распиской».

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора.

#xx век#австрия#война#габсбурги#история
1108

Комментарии

Загрузка комментариев...